Это было настоящее безумие. Она пришла сюда не для того. Зачем он ее мучает? Одри вскочила и злобно посмотрела на Грегори сверху вниз.
— Отстань от меня! Моя жизнь тебя не касается, и чем скорее ты это поймешь, тем лучше! Я иду смотреть телевизор и не хочу, чтобы ты сидел рядом!
— Не уйдешь, — коротко и ясно ответил Грегори и схватил ее за запястье. — Это ничего не решит. Мы должны поговорить о твоих чувствах. Должны выяснить, почему...
— Почему я не хочу, чтобы ты сидел рядом? — гневно закончила Одри. — Все очень просто. Потому что я тебя не люблю.
Это чистая правда, подумала она. Просто, я чуть не дала волю своим гормонам. Он мучил меня, соблазнял, дразнил, заставлял чувствовать свою слабость, а я этого не хочу. Мне нужны надежность и покой, и если для их обретения придется выйти замуж за Дирка, то я соглашусь. Чего-чего, а покоя Грегори предложить не может. Жизнь показала.
— Я тебе не верю, — мрачно ответил Грегори. — Ты сопротивляешься своему чувству, и виноват в этом я. Но, если ты позволишь, я докажу, что больше никогда не обижу тебя.
— И как ты это сделаешь? — насмешливо бросила она. — Будешь спать со мной? Это не доказательство. Постели надолго не хватит. Мне надоели твои постоянные заверения, что все будет хорошо, если я снова полюблю тебя. Как можно говорить такие вещи, если человек не знает, что его ждет за ближайшим поворотом? Грег, я видела твои недостатки и не хочу увидеть их снова.
— И никогда не увидишь, — пообещал Грегори, взяв ее за руки и слегка притянув к себе.
— Не делай этого! — отпрянув, взмолилась Одри.
— Чего «этого»? — спросил Грегори, невинно глядя на нее синими глазами. Однако она не сомневалась, что он прекрасно знает о ее чувствах.
— Не шантажируй меня.
Он улыбнулся уголком рта. Той самой улыбкой, которая когда-то сводила с ума множество девушек. Той самой улыбкой, которая могла заставить ее сдаться. Но она должна быть сильной. А отвадить его удастся только одним способом — как можно чаще упоминая имя Дирка. Нужно было делать так с самого начала. Тогда, он вернулся бы в Нью-Йорк и никаких проблем не возникло бы. Она сама виновата. Позволила Грегори понять, что ее тянет к нему...
— Нет никакого смысла продолжать этот разговор, — заявила Одри, пронзив Грега взглядом.
— Почему?
— Потому что это ничего не даст. Мы говорили об этом столько раз, что уже с души воротит. Как мне убедить тебя, что ты даром тратишь время?
— Никак, — отрезал Грегори. — Потому что я все равно не поверю. Одри, ты забываешь, что я знаю тебя насквозь.
— Может быть. Но зато я поняла, что не знаю тебя вовсе, — парировала она. — И сейчас хочу только одного — чтобы ты как можно скорее оставил меня в покое.
Одри нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. Ей хотелось убежать, но было ясно, что Грег не пустит. А она не хотела, чтобы он прикасался к ней, потому что... потому что... ее сердце и без того билось со скоростью тысяча ударов в минуту. Неужели он не понимает, что разговоры бесполезны?
Грегори сложил руки на груди, склонил голову набок и пристально посмотрел на Одри. Именно так он смотрел на нее во время встречи в аэропорту имени Кеннеди. Задумчиво и внимательно, пытаясь понять, к какому типу девушек она относится. И теперь он снова оценивал Одри, стараясь отыскать еще один путь к ее сердцу.
— Одри, если бы я знал, что ты действительно так думаешь, то вернулся бы в Нью-Йорк ближайшим рейсом.
— Я действительно так думаю, — громко и решительно заявила она, не сводя с Грегори широко раскрытых зеленых глаз.
— Неправда. — Он качнул головой и ослепительно улыбнулся. — Я поверю тебе и вернусь в Нью-Йорк только тогда, когда смогу убедиться, что ты действительно вышла замуж за Дирка, но ни секундой раньше. А теперь давай поговорим о плантации. Я думаю, что...
— Черт бы тебя побрал! — воскликнула Одри. — Тебе нет никакого дела до плантации. Это был просто предлог. Я должна была догадаться с самого начала. — Она схватилась за голову и застонала от отчаяния. И тут ее осенило. — Послушай меня, — внезапно сказала она. — Я возьму ссуду в банке и выкуплю твою половину. Или ты выкупи мою. После этого, я уеду на другой конец страны. Что угодно, лишь бы избавиться от тебя!
— Что ж, попробуй, — с улыбкой сказал Грегори. — Но это не поможет... Ладно, так и быть, я отпущу тебя, только поцелуй меня на прощание.
У Одри тут же участился пульс. Ее тело задрожало так, словно через него пропустили мощный электрический заряд. Она знала, чем закончится этот поцелуй. Нужно было бежать, причем бежать немедленно. Но Грегори и в самом деле читал ее мысли. Не успела Одри повернуться, как он привлек ее к себе. Она ощутила пугающую силу его желания и с ужасом поняла, что снова проиграла битву.