Он вдруг резко встает и в одно движение оказывается совсем близко. Хватает меня за шею сзади и притягивает к себе.
Наши губы разделяют считанные миллиметры. Он переводит взгляд с моих глаз на мой рот и я инстинктивно облизываю губы.
И в следующее мгновение чувствую горячие жесткие губы Марата на себе. Беспомощно мычу, пытаясь освободиться, но он, наоборот, сильнее давит мне на шею.
Он буквально впечатывается в меня. Так придавливая мои губы, что становится трудно дышать. А потом его язык одним резким движением проникает в меня.
Я широко распахиваю глаза, когда Марат начинает языком толкаться в мой рот. Ударять в мой язык. Грубо щелкать по нёбу.
Он так усиленно ласкает меня языком, что ноги подкашиваются. Руками хватаю его за рубашку, чтобы не завалиться перед ним.
Какое-то приятное, новое для меня ощущение разливается по всему телу. Меня просто ведёт от него. Закрываю глаза. И Марат, наконец, отрывается от меня.
– Давай здесь, – обняв за талию, толкает меня к дивану.
Послушно следую за ним.
Остатками сознания понимаю, что поступаю неправильно. Должна остановиться. Но не могу. Сама тянусь к нему губами. И, когда касаюсь их, чувствую усмешку.
– Такая горячая, – шепчет он мне в губы.
Мы уже сидим на диване.
– Таблетки принимаешь? – прямо спрашивает он, расстегивая рубашку и не отрывая от меня взгляда.
Мотаю головой.
– Зря, – в голосе недовольство. – Примешь там потом что нужно. Чтобы не залететь. Ложись.
И вот этот его деловой настрой после такого страстного поцелуя как будто отрезвляет меня.
С силой отталкиваю его от себя и встаю.
– Ложись, я сказал, – рычит он и движется на меня с уже расстегнутым ремнем.
Пячусь назад и упираюсь в закрытую дверь. Тщетно дергаю ручку. Дверь закрыта.
Марат приближается медленно, с улыбкой на лице. Проводит большим пальцем по своим губам.
– Иди сюда, девочка. Не бойся.
В страхе мотаю головой. Но тут дверь за моей спиной начинает ходить ходуном – кто-то очень сильно тарабанит в нее. И, похоже, не только руками, но и ногами.
– Марат! – слышится из-за двери. – Открывай! Марат!
Он быстро одной рукой отодвигает меня от двери и открывает ее.
В комнату вваливается какой-то мужик. Бросает на меня быстрый взгляд. Потом сразу же переводит его на Марата.
– Марат! – говорит, запыхавшись. – Там Рубена порезали!
– Кто? – кричит в ответ Марат. – Где?
– На улице. Рядом.
– Пошли! – он толкает мужика из комнаты.
Прежде чем закрыть дверь, поворачивается ко мне:
– А ты сиди здесь. Мы не закончили. Приду и договорим.
Выходит и захлопывает за собой дверь. Закрывает ее на ключ.
Рубена порезали. Кто?! Все к одному.
Надеюсь, он хотя бы жив.
Сколько так сижу, не знаю. В комнате нет часов. У меня с собой нет телефона. Ощущаю только, что длится это очень долго. Страх не дает мне расслабиться. В ожидании наблюдаю за дверью.
И, когда раздается звук открывающегося замка, забираюсь с ногами на диван и сжимаюсь вся.
Глава 12 Даша
Дверь открывается и в комнату заходит Марат. Один. Смотрит на меня суровым взглядом.
Встает в метре от дивана и засовывает руки в карманы брюк.
– Ну что, Дакота, попалась? – спрашивает, щелкая языком.
– Выпустите меня! – не знаю, откуда, но набираюсь смелости, чтобы сказать ему это. – Я буду кричать! Вы не имеете права!
– Знаешь что, – говорит, сужая глаза и пристально глядя на меня. – Я бы мог силой взять тебя. Хотя ни разу не приходилось так делать. Но ты особенная, похоже. И для тебя я бы сделал исключение.
Усмехается.
– Но ты сама сделаешь это. Сама раздвинешь ноги. И будешь благодарить, что я согласился вставить в тебя свой член.
– Почему? – в горле пересохло и поэтому голос получается каким-то хриплым. Глухим.
– Рубена сильно порезали. Ножиком. Почти у входа в клуб. Он без сознания и врачи не уверены, что придет в него в ближайшее время. И последняя, кто был с ним, – это ты.
– Неправда… – шепчу я.
– Так показывают камеры видеонаблюдения. Последний кадр – это как он тащит тебя к машине, а ты сопротивляешься. Сильно сопротивляешься. Так сильно, что и порезать его могла.
Он хитро улыбается.
– Вы что? – встаю с дивана. – Вы же там были… Вместе со мной… Я не делала этого… Вы свидетель…
– Да, – довольно кивает. – Я свидетель. Но захочу ли давать показания? В твою защиту.
От удивления не могу пошевелиться.
– Ты же понимаешь, Дакота, что отец Рубена тебя за одно только подозрение закопает где-нибудь за городом. А перед этим отдаст своим бугаям. Так что ты будешь молить о смерти.