Это приводит в чувство. Марк уже добирается до застежки моего платья, и я пытаюсь выкрутиться.
— Подожди. Постой. Постой, пожалуйста, — аккуратно отстраняю его от себя, но никто меня отпускать не спешит. Одной рукой Чемпион ласково поглаживает мою спину. Недоуменный взгляд впивается мне в лицо. Мы смотрим друг на друга не дольше трех секунд, и именно в это время я успеваю сгореть и снова воскреснуть.
— Все-таки напугали тебя мои корочки, — говорит с усмешкой. Он тянет меня к себе, впечатывая в свою грудь. Упираюсь обеими ладонями, чувствуя под тканью поло сталь мышц. — Так и думал, — чмокает меня в кончик носа. Я неуместно краснею. — Не дрейфь, Аврора, я офицер, мы девочек не обижаем, — и улыбается так соблазнительно, что мой полупьяный мозг плывет и верит, хотя суровая внешность буквально кричит о том, что Марк может обидеть и очень больно. — Хочу тебя, — снова тянется к моим губам, но я отстраняюсь, и тогда Чемпион утыкается губами мне в шею.
— Нет, Марк, отпусти, — толкаю в грудь, но больше для того, чтобы привлечь внимание, чем реально оттолкнуть. Мне не хватит всех сил, чтобы сдвинуть его хотя бы на сантиметр. Он, словно не слышит, мажет по ключицам, ведет горячим языком, медленно разрушая мою уверенность в принятом решении. — Ну хватит, — обхватываю его голову ладонями и, подняв, заставляю Чемпиона посмотреть мне в глаза.
— Малышка, давай потом поговорим, обещаю, что отвечу на все твои вопросы, а пока сдавайся, иначе я за себя не ручаюсь, — он клацает зубами и пьяно улыбается. Выглядит как мартовский кот, которому я вскружила голову. Если он на всех девочек так смотрит, неудивительно, что они сдаются и соглашаются на все.
— Нет-нет-нет, — говорю мягко. Давлю на его руки. Получается отвоевать пару сантиметров свободы. Разворачиваюсь в его руках, и Марк отпускает, но перехватывает мое запястье, не давая далеко уйти.
— Ну что такое? — спрашивает с тяжелым вздохом. Мне не надо смотреть на него, чтобы понять, что он не слишком рад перемене в моем настроении.
— Я не смогу, прости, — качаю головой. Вечер безнадежно испорчен. Перевожу взгляд на часы над кроватью. Стрелка стремится к двум. В клубе в основном все гуляют до четырех. — Если вернешься прямо сейчас, то успеешь найти ту, которая точно согласится и не передумает, — виновато улыбаюсь, глядя в его глаза. Марк надменно выгибает брови. — Я останусь в номере, если ты не против. Деньги переведу, если скажешь куда.
Я замолкаю, горло стягивает будто веревкой. В затылке неприятно стучит, я физически чувствую, что обидела Чемпиона. Но он из служб, они парни быстро отходчивые и вроде как с устойчивой психикой.
— Марк? — все же выдавливаю из себя писклявое.
— Ты закончила пламенную речь? — летит почти небрежное, но строгое.
— А? — не нахожусь сразу. Киваю и неуверенно добавляю: — Да, — вроде мне добавить нечего. Я теперь только жду ответ.
— Супер. Тогда падай на кровать, а я пока заберу наш комплимент.
— Эм… Ты остаешься? — удивленно пялюсь на него.
— Ага.
— Но ты ведь…
— Не говори того, чего на самом деле не хочешь произносить, — обрывает меня, пока я думаю, что ему в принципе любая девушка могла бы дать. Может, даже администратор, и не придется далеко ходить. Но он выбирает быть здесь, со мной. — Я остаюсь, потому что хочу тебя, — выделяет последнее слово, и я глупо улыбаюсь, мечтательно робея. — Это ясно?
Мои тараканы успокаиваются. Им подкинули новую головоломку, и они затихают, поглощенные ее разгадкой.
— Предельно.
Глава 14
Аврора
— Нет, серьезно? Спецназ? — верчу в руках удостоверение, рассматривая фотографию и читая написанный от руки текст.
Марк тянет руку, чтобы забрать корочку, но я уворачиваюсь и сползаю на пол. Сажусь, едва не задевая ногой бокал с шампанским. Чемпион открыл его для меня, но я сделала не больше двух глотков. Сам он не пьет, попросил для себя минеральную воду.
Веду большим пальцем по фотографии. На ней Марк моложе на несколько лет, зеленый, наивный и какой-то открытый. Сейчас он вообще не такой, скорее, полная противоположность портрету в удостоверении.
— Что тебя удивляет? — спрашивает он, расстегивая ремень на брюках.
Марк сидит в кровати, уперевшись спиной в изголовье. Он снял футболку, и я бесстыже его рассматриваю. По красивому накачанному телу ползут блики бра. Мощная грудь ровно вздымается и опускается, я пересчитываю кубики пресса. Их, блин, восемь! Восемь! И пусть нижние два почти незаметны, это не отменяет того факта, что Чемпион — само совершенство. Мне стыдно за свою далеко не шикарную физическую форму, потому то зал я забросила давным-давно и все никак не могу к нему вернуться.