— Ты душу Смертедарящему продал? – поднялся, протягивая руку.
— Влюбился, — признался он, пожимая мою ладонь и устраиваясь в кресле напротив. – Обязательно вас познакомлю, тем более, с недавних пор я окончательно обосновался в Варлее. Поздороваться зашел.
Айрон ухмыльнулся, как и раньше, подкидывая мне задачку. Насколько помню, после учебы он пошел в комитет имперской безопасности и, благодаря магии, знаниям и протекции семьи довольно стремительно двигался по карьерной лестнице. Если он теперь в столице и носит белоснежный мундир с военными отличиями высшей степени, то, значит он…
— В Верховный совет пробрался, проныра?
— И первым делом меня к тебе отправили. Спасибо, подкинул ты мне работенки, словно своей мало, — делано возмутился он. – Даже кофе не предложишь?
— Для тебя и с коньяком не жалко.
Отдал распоряжения, и мы перешли на балкон. Слуги принесли легкие закуски и напитки. Я понимал, к чему этот визит, но не хотелось прерывать делами приятные воспоминания.
— Значит, Верховный совет послал ко мне, кого не жалко?
Небо кружилось над нами свинцовыми тучами, но теплый и свежий воздух приятно бодрил.
– Они в курсе наших отношений, поэтому и послали, — неспеша, словно подбирая слова, ответил приятель. — Подумали, смогу на тебя повлиять. Боятся. Не знают, чего от тебя ожидать. Просят приструнить.
Усмехнулся, рассматривая, как гордый орел высоко в небе борется с ветром. Он то сдается и резко пикирует вниз, то снова взмывает вверх, сумев поборот поток.
— Звучит дерзко. Ты, конечно, теперь красавчик, но не в моем вкусе.
Друг устремился взглядом вдаль. Я люблю думать на балконе, наслаждаясь видом цветущего сада и бескрайними просторами неба. Взгляд в бесконечность расширяет мышление, загнанное в рамки обыденности, дает почувствовать себя частью чего-то великого и мощного.
— Если серьезно, Сатор, ты зачем так нашумел? — Айрон прервал затянувшуюся паузу. — Элита в ужасе. Все обсуждают – кто следующий в твоем списке.
— А что именно тебя смущает? Что я не согласовал с Верховным советом выполнение своих должностных обязанностей? Или что не закрыл глаза как это делали другие? – прислонился затылком к креслу и посмотрел на друга.
В беседе не было агрессии. Мы давно не общались с Айроном, но интуиция твердила, что он остался верен своим убеждениям. Мы с академии славились несгибаемостью и принципиальностью, за что преподаватели обещали нам большие проблемы в карьере.
— Понимаешь ведь, что будут последствия. Куча проблем. На тебя ополчились все от чиновников до владельцев ювелирных лавок.
Даже владелец ассенизаторной компании, между прочим, недоволен. Вот уж от кого меньше всего ожидал.
— Какая утрата, — делано закатил глаза. — Что-то еще? Или Верховный совет хочет отозвать одобрение моей кандидатуры на должность Верховного Вершителя по причине слишком рьяного выполнения рабочей функции? Подожди! Верховный совет не может этого сделать, мою кандидатуру одобрила Справедливая.
— А ты не изменился, — усмехнулся Айрон. – Такой же несгибаемый принципиальный сукин сын. Так твой поступок — кивок в сторону богини?
— Даже если и так, что это меняет?
Так я и раскрыл свои планы и договоренности с богами. Они и без того не сильно-то на контакт со смертными идут.
— Забыл, что ты стратег, ни перед чем не остановишься, ради цели. Передам Верховному совету, что ты долго молился в храме, и Справедливая велела доказать твою готовность принимать сложные решения и рисковать жизнью.
Словно Вершитель принимает легкие решения. Средняя продолжительность жизни на этом посту – три года. Мой предшественник продержался пять месяцев. При жажде справедливости все же не стоит напрочь отключать мозги, логику и здравый смысл.
— Но все же предупрежу, что Верховный совет озабочен твоим поступком, — добавил он.
— Будь все заботы Верховного совета сродни этой – империя могла бы спать спокойно. Придешь на церемонию? – уточнил как бы между делом. Признаться, мне крепко не хватало наших дружеских посиделок.