Сначала мои сокурсники удивлялись всему в университете. Ну ещё бы! Сразу после школьной скамьи да в свободное плавание. Наблюдать за ними было забавно. Строили из себя взрослых, курили в каждый перерыв, грязно матерились и пошло шутили. Одногруппники сразу не поверили, что мне двадцать лет. Удивлялись, почему я с ними не курила и не делилась сексуальными подвигами. Потом они смирились с тем, что я иная, но не сразу. Пытались меня приобщить к яркой жизни, но без результата. Сделали вывод, что я истинная училка, и отстали.
Для первокурсников в университете всё в новинку. Отличить их от студентов старших курсов легко. Мы собирались перед парами в кружок на улице перед учебным корпусом, а потом толпой отправлялись в аудиторию на занятие.
- Диана, давай к нам! - помахал мне рукой рыжий, плотный Платон Улиткин, мальчик, год проживший в Америке по программе Students Exchange.
Английский у него был «великолепный», у преподавателей кафедры открывался рот, когда Улиткин начинал говорить бегло с малопонятными сленговыми оборотами и многочисленными вводными и сорными словами, которые первое время придавали Платону шарм. Создавалось впечатление, что ***ский государственный университет, а именно кафедру «Романо-германской филологии» посетил истинный американец. А если серьёзно, много слов, да мало толку. Поступил Улиткин на платное место, до бюджета не дотянул.
- Закурить будет, Орлова? - обратился рыжий Платон.
- Не курю, - отрезала.
Игорь Золотников, другой одногруппник-англичанин, издал звук, который следовало бы расценить как смех, но на самом деле напоминал блеяние овцы, случайно зажатой дверью.
- Чё правильная такая, да? - прицепился Платон.
- Да, - подтвердила.
- Скучно с тобой, Дианка.
- Согласна.
- Ты, случайно, не сектантка?
- Точно. А ты как угадал?
- У нас какая пара сейчас? - Рыжий сменил тему. К нам подтянулись ещё одногруппники и поделились с Платоном сигаретами.
- Философия, аудитория 8-218, - ответила.
- Восьмой корпус?
- Ага.
- Тогда идём.
Организованной группой отправились постигать мудрость и размышлять на тему, что же всё-таки первично: дух или материя?
Глава 1.2
* * *
Порою кажется, что трудно быть одной:
Невыносимы дни, минуты и секунды...
Одно пустует место под луной,
Мне хочется, чтобы оно заполнилось тобой.
Готова ждать тебя всю жизнь,
Терпеть тяжёлые мученья и страданья,
А мне так хочется тихонько посидеть,
Тепло обнявшись, в трепетном молчанье.
Я знаю, ты придёшь ко мне, мой Принц!
Придёшь в тот день, когда угодно Богу,
В заветный час сверкнёт мне тайный блик,
И я пойму, что послан ты от Бога.
лето 2004 г.
Глава 2
Глава 2 Встреча
Так началась новая маленькая жизнь - обучение в университете. Мои ровесники все на третьем курсе. Я же первокурсница, но это меня мало смущало. Совсем не жалела, что училась в колледже, ведь там у меня случилось столько всего интересного. Прежде всего, меня научили учиться. В колледже я встретила настоящих друзей.
Первые и вторые курсы посещали университет во вторую смену, третий, четвёртый и пятый в первую. Мои пары начинались в час дня, а пары первой смены заканчивались в 12.40. Двадцать минут - перерыв. В это время студенты старших курсов покидали территорию университетского городка, а младшекурсники подтягивались на учёбу.
Так, в один тёплый сентябрьский день, я встретила ЕГО, Игната Митрофанова, своего давнего знакомого. Мы раньше часто пересекались с ним в церкви на служениях, молодёжных собраниях, спевках. Я близко дружила с его сестрой Адель. Она на полтора года младше. Однажды до меня даже дошёл курьёзный слух: родители Адель не хотели, чтобы дочь дружила со мной, потому что я, по их мнению, вела себя неприлично, поскольку крутила любовь с Колей Ветровым, взрослым парнем. Боялись, что от меня Адель научится чему-нибудь плохому. Как будто я бегала за Колей и соблазняла его специально. Я ничего не делала. Просто улыбалась, громко хохотала над его шутками (тогда они мне казались смешными) и поддерживала разговор. Разве я виновата, что Коля сам прикипел ко мне, шестнадцатилетней девчонке?!