- Эй, а за ожидание кто будет платить, - возмутился таксист.
Мирон достал из кармана пачку денег и отсчитал несколько купюр.
- Возьми, - положил ему на приборную панель деньги.
Протянул галантно руку девушке, чтобы помочь выбраться из машины. Она приняла ее. Вложила свою прохладную маленькую ладошку в его ладонь. Он крепко сжал ее руку и вытянул девушку из машины.
- Мирон, прошу, только без всяких штучек!
- Штучки это по твоей части, - бросил в ответ и повел ее к себе в машину.
***
Ехали они молча. Мирон «летел» очень быстро, едва подавляя желание не ляпнуть какую-нибудь пошлость.
Она косилась в его сторону и кусала губы до крови. Переживала дико рядом с ним и ругала себя за глупость.
Она не простила его, нет. Просто не могла сдерживать притяжение. Ее пугающе тянуло к нему. Словно они были два магнита. Она хотела разобраться в своих чувствах, но кажется запуталась ещё сильнее.
Вскоре оказались рядом с мостом. Это местечко Мирон нашел случайно, когда недавно он нечего делать катался по городу.
Машина плавно повернула налево, съехала чуть вниз и остановилось на небольшом пяточке. Здесь оказалось безлюдно и красиво.
- Здорово.
Пробормотала Олеся глядя на воду, что плескалась совсем рядом с ними. Сумерки сгущались. Река отсвечивала фиолетовым неоном и переливалась серебром.
- Пошли, - позвал он.
Вышел на улицу и встал спиной к ней. Он тоже глядел на реку. Олеся мешкала, боялась выйти к нему.
«Боже мой, я сбрендила, я кретинка! Зачем я здесь? С ним?»
Олеся дрожащими руками открыла дверь и медленно выбралась наружу. Беззвучно подошла к нему. Он достал сигарету.
- Ты много куришь.
- Ты переживаешь за меня?
- Сказать честно?
- Не откажусь от правды, даже если она будет обидной.
- Да. Переживаю. И Алевтин переживает за тебя. Он думает, что ты связался с мафией с нелегальными делами.
- Блин, давай о чем угодно только не о моем старике?
- Вообще-то ты хотел извинится, - напомнила она ему и шагнула ближе.
Мирон покрутил сигарету в руке, а потом убрал ее в пачку. Пошел до машины и забросил пачку в салон.
Потом медленно подошел к ней со спины и обнял. Положил горячие руки на ее живот. Уткнулся носом в ее шею.
Олеся задрожала, перестала дышать. Миллионы мурашек разлетелись невесомыми бабочками по телу. Его дыхание на шее обожгло нервы и свело с ума. Его пальцы подрагивали и нежно сминали бархатную ткать, разгоняя все больше кровь по венам. Адреналин туманом заметался в груди, а перед глазами заполыхало красное марево.
Она боялась пошевелится, совсем потеряла голову.
- Что. Ты. Делаешь?
- Тшшш… дай просто побыть с тобой немного. Я просто подышу тобой и отпущу.
- Мирон.
- Пожалуйста.
- Мирон.
- Помолчи.
Глава 13
Он провел ладонью вниз, и ее томный вздох выпорхнул из груди. Она вцепилась в его руки, но не сопротивлялась. Она старалась его удержать.
Бесконечно долго она не чувствовала себя желанной, невыносимо долго не ощущала себя той, которую хочет парень. Страсть соединила их кисти невидимой лентой, и теперь никто не смог бы убежать, даже если бы очень хотел…
- Леся-я-я, ты меня не остановишь… - прохрипел он ей в шею и коснулся атласа кожи губами. Ужалил ее поцелуем.
- Мирон, прошу не надо, - пропищала тихо, а у самой в животе горит пожар. Словно температура под сорок.
- Не могу… обещал, что не трону… обещал, но не могу. Меня задолбало трахать других и представлять на их месте тебя…
- Казаков, очнись. Мы на улице, нас могут увидеть.
- Похрен, хочу тебя охренительно. Хочу только тебя. Тебя. Тебя. Леся-я-я… Член стоит колом, неужели не чувствуешь, - и подался бедрами вперёд.
Резко вздернул подол платья и коснулся голой кожи на бедре там, где нет чулка.
- Бестия, ты слышишь детка. Хочу, чтобы ты всегда носила чулки. Для меня..
- О чем ты? Мы из разных миров. Не порви платье… Оно дорогое… - жалобно.
Сама извивалась, выгнула спину дугой, подставила тяжёлую грудь под его руку. Мирон обнял ее груди, и она выгнулась ещё сильнее.
Добрался до трусиков и потрогал пальцами промежность, ощутив ее влагу.
- Ты вся течешь. Ты сука хочешь меня…
- Я сука? – шепотом спросила и расставила чуть шире ноги.
- Сука это просто слово паразит, - гладил кружевную ткань стрингов разжигая желание у обоих.
- Не обращение?
- Черт, давай урок русского языка ты мне потом устроишь?
- Мирон, мы зашли слишком далеко. Прекрати, - чуть ли не плача, но сама не отодвигалась. Напротив ближе прижималась к нему.
- Скажи, ведь ты хочешь меня? Хочешь, чтобы я тебя поимел прямо здесь на улице в красивом месте. Хочешь? Ведь хочешь? Отрицать не получится. Я все вижу.