— Ну хер с ним! Не важно! Не ты так кто-то из вас!
Мирон указательным пальцем тыкнул на попавшихся случайно гостей.
— Так вот! Я защищаю! Грызу! Защищаю свое! Не бывать свадьбе! Не бывать!
Под «своим» Мирон имел в виду не отца, а Олесю. И защищал он ее от своего старика Казакова. Не хотел он их свадьбы. До дрожи во всем теле, до скрипа в душе, не хотел. Умирал от ревности и ненависти.
— Ах ты гад! Подонок! Мерзавец!
Алевтин рывком встал с места и, пробираясь через гостей, пошел к сыну.
— Стой! — остановил его парень. — У меня ещё подарок есть!
Алевтин замер. В сердце кольнуло острым ударом словно от наточенного ножа.
— Девочки! — громко крикнул Мирон в микрофон. — Куколки мои, ваш выход!
На импровизированной сцене появились полуголые девицы в маскарадных костюмах и начали высоко задирать ноги в танце канкан. Мелодия сменилась на быструю и современную.
Алевтин залез на стол и пошел тараном на сына. Терпение его лопнуло. Это было уже слишком. Мужчина в гневе зарычал.
Но Мирон был моложе да и ловчее. Быстро спрыгнув со стола, убежал.
— Развлекаемся дальше! — крикнул он напоследок.
Праздник был испорчен.
Вскоре гости разошлись, голые девицы разбежались, как только подполковник пригрозил штрафом за нарушение порядка. Олеся разревелась, и ушла к себе. Хоть свадьба была ненастоящая, она все равно дико переживала. Ведь по ее замыслу все должно было пройти идеально.
Глава 4
Мирон по кличке Мирный не был мирным. В этом был весь парадокс и сюрреализм прозвища. Напротив он был диким зверем. На ринге, на боях он был неузнаваем. Он бил жестоко, больно, до крови, до выломанных костей, до потерянных зубов.
— Мирный, ну чё, щас твой выход! Бьёшься с Алексом, а потом, если победишь, с Плахой. Не очкуй!
— Ты серьезно? — сверкнул в темноте черными от злости глазами парень.
— Серьезно!
— Камеди клабщик хренов, — произнес Мирон и улыбнулся, - Ты меня знаешь давно. Я никого не боюсь.
На ринге шла борьба. Двое ребят колотили друг друга и разбивали в мясо лица. В душном темном старом помещении сильно пахло мужским потом. Девчонок здесь было мало. Редко кто хотел посмотреть на месево. А вот после закрытия клуба девушки как раз подтягивались. Чтобы с победителями провести остаток ночи и получить дозу адреналина через постель.
Михей его лучший друг на сегодня уже «отыграл» свое и теперь потирая ушибленное запястье жжужал на ухо Мирному.
— Нет, правда ты поаккуратнее там. Говорят у Алекса стальной пресс!
— Ха-ха-ха, — открыто рассмеялся Мирон. — Ты ещё скажи бетонные яйца!
— Мирон, твою мать. В кого ты такой черт? Откуда ты вылез? Из какой дыры? Отморозок на всю голову! Неужели тебе не страшно?
— Бояться будем на пенсии. А сейчас время веселья!
Мирон покрепче затянулся сигаретой и выпустил колечки из рта. Вспомнил Олесю.
Тонкая талия сверкала перед глазами, а грудь казалась самой желанной на всем белом свете. Мирон испытывал дикую похоть, греховную страсть, неиссякаемое вожделение к девчонке с ясными голубыми глазами.
Он никогда в жизни никого так не хотел. Все эти девчонки однодневки не давали ему того райского наслаждения, которое он испытывал рядом с ней.
Однажды они случайно соприкоснулись руками. Его тряхнуло мама не горюй. Словно ударило током в двести двадцать вольт.
Олеся гипнотизировала как укротитель заклинает змей, играя на блокфлейте. Но забывала, что одно неосторожное шевеление губами и тебя сцапают. Съедят заживо, проглотят без наживы.
Он любил ее неиссякаемой любовью. Твердо веря в то, что он тот, кто и разрушит и склеит ее судьбу.
— Мирный, и все же ты дьявол! — заржал Михей.
Мысли о малышке Лесе испарились, но не навсегда. Они фоном играли в голове перезвоном ее нежного голоса.
— Ладно, хорош гоготать, — стряхнул пепел прямо на пол Мирон. - Пока эти ребята не превратились в мешки с костями, давай рассказывай, что там за тема с Москвой.
— Короче тема такая. Мне тут ласточка на хвосте принесла. Есть клуб закрытый в Москоу сити, вроде как нашего. Только попадают туда не все, а только свои да наши. Но бабки там побольше. Да и сервис покруче. Девочки, все дела.
— Ставка?
— Сотня!
— Кучеряво однако! — призадумался Мирон.
— Ну так что?
— Хрен его знает, мне бабки не нужны.
— Хрен хрен. Так узнай у хрена своего.
— Не кипишуй! Подумаю и дам ответ, — бросил Казаков.
— Окей!
Бой закончился, и Мирон вышел на ринг. В одних спортивных шортах и кроссовках. Его противник был силен и выше ростом. Алекс очень редко проигрывал. Мирный знал это, но все равно вышел на бой.