— Если хочешь, мы можем уехать в город, я не буду забирать у тебя время, — произнесла как можно спокойней, но нотки обиды не укрылись от Данила.
— Я не хочу уезжать, Олеся, — он поднял мою голову и посмотрел прямо в глаза. — Мне нужно проверить, как идут дела на работе, это не больше часа. Но если тебе так будет спокойней, то поедешь со мной.
— Хорошо, — я улыбнулась, но чувство тревоги не покидало.
Остаток дня прошел относительно спокойно, если не учитывать моё беспокойство. Я не заводила разговор о Мирославе, но хотелось жутко. Хоть Даня и сказал, что подал на развод, мне никак в это не верилось. Та самая женская интуиция. Наверное она создана, чтобы оградить нас от необдуманных решений. Но разве найдется человек, который захочет поверить внутреннему голосу, когда сердце тянется к любимому.
На утро мы направились в город. К девяти утра уже были на месте. Я попросила Данила высадить возле моего дома. Хотелось провести время в своем личном убежище и немного обдумать ситуацию.
— Через час буду у тебя, малыш, не скучай.
Он легко поцеловал напоследок и уехал. Я еще немного постояла, глядя на отъезжающий авто и потягивая носом воздух, как преданный пес за хозяином.
— Отлично, я дома, — плюхнулась на пуфик возле входа, кинула ключи на комод и стянула ботинки.
Оглядела свою квартиру. Все то же пустое холодное пространство. Никакого уюта и тепла. Все кричало о том, что семья жившая здесь раньше, рассыпалась, дети разъехались и квартира осталась пустовать. Я передернула плечами, стало зябко. Не спеша прошла на кухню и включила чайник. Еды в квартире не было. Нашла завалявшиеся пряники в шкафу и налила пустой чай без сахара. Голодный желудок предательски заурчал. Мученически погрызя сухой пряник, было решено отправиться в ближайшее кафе, чтобы не мучить ни себя, ни свой голодный желудок. Переодевшись в свою старую одежду, я вышла из дома, и направилась в кафе.
Зазвонил телефон. Катя.
— Да, Катюш?
— Связь появилась? Ты уже в городе?
— Угу, Данилу нужно было приехать по делам, на пару часов.
— О, ну здорово, может позавтракаем тогда вместе?
— Я как раз в поиске мало-мальски приличной кофейни.
— Ты в каком районе?
— Я у себя.
— Там недалеко "Мята", на Комсомольской, иди туда — я подъеду через минут двадцать, — скомандовала подруга.
— Хорошо, буду ждать там.
Я отключилась и тихим шагом отправилась к указанному месту, попинывая листья кроссовками. Подходя к кофейне увидела, что автомобиль Кати уже стоял на парковке. Быстро зашла внутрь, подруга внимательно изучала меню, завидев меня помахала рукой.
— Ну ты и копуша, Лесь.
Я улыбнулась.
— Не думала, что ты подъедешь так быстро, шла в развалку.
Катя внимательно смотрела на меня, заглядывая прямо в лицо.
— Что-то не так?
Она отложила меню и скрестила руки на груди.
— Блин, короче, я не могу молчать. Я обещала не говорить, но не могу.
— Ты о чем?
— Он тебе дурит твою красивую белокурую головку.
— Кто? Даня?
— Ну а кто еще? Твой Даня и не собирается уходить от жены, Лесь.
— С чего ты это решила? Андрей сказал? — я недовольно поморщилась.
— Мирослава беременна, — настала тишина. — Все, я сказала, — Катя шумно выдохнула и снова спрятала лицо в меню.
— Как беременна? А почему он мне не сказала? Ты уверена? — меня охватывала паника, было тяжело дышать.
— Я уверена, Олеся! Очнись, ты же не дура, он приехал ради своей женушки, а не ради работы. Он водит тебя за нос, — она выпалила это громко, чтобы наконец отрезвить меня.
Я закрыла лицо руками и облокотилась на стол, стараясь дышать ровно. Подруга подвинулась ближе и погладила по голове.
— Пойми, он не может определиться, он не может бросить ее, а тебя держит рядом, пока не надоела.
Я подняла на нее глаза. Катя смотрела с сочувствием, продолжая гладить мои волосы.
— Давай поедим?
— Что? Никаких слез? Криков? Я могу помочь набить ему морду! — глаза подруги выражали удивление.
— Я хочу есть, — я молча уткнулась в меню, изучающим взглядом, анализируя состав каждого блюда.
— Ладно, — Катя отсела. — Ты ведь не в порядке? — изучающе оглядела.
— Нет, но сейчас я хочу есть, — я уверенно посмотрела на нее пустым взглядом.
— Хорошо, — она кивнула и принялась выбирать. — Тогда будем есть.
Глава 27. Данил
Все время, пока мы были в лесу, мне не давала покоя Мира. Она лежала в больнице, пока я развлекался с Олесей. Я сказал жене, что уехал в командировку, но она наверняка пыталась дозвониться. На третий день отдыха я уже не мог об этом думать, мне было необходимо убедиться, что женщина, а так же мой ребенок в ней, в полном порядке. Я видел, что Олеся обеспокоилась нашим отъездом, но убедил, что поездка необходима для меня по работе. Все мое существо раскололось на две части. Одна часть была преданна и любила Олесю всей душой, вторая же мыслила разумно и беспокоилась о Мирославе с ребенком. Чертова ситуация. Я злился на себя, злился на всю свою жизнь в целом. Одно неверное решение в молодости привело к нескончаемой цепочке дурацких решений.
Я не знал, как мне поступить. С одной стороны упивался чувствами к Лесе, с другой не мог отпустить жену и нашего ребенка. Две женщины, которых я не мог отпустить, ни одну из них. Я не мог сделать выбор и точка.
Злясь на себя, принял новое неверное решение: уехать из нашей лесной обители. Или верное?
Высадив Олесю возле ее дома, я отправился в больницу. Каково было мое удивление, что Мирославы там уже нет.
— Астахова Мирослава — она написала отказ и уехала домой, — спокойно произнесла ее лечащий врач, продолжая перелистывать карты.
— Как отказ? А о ребенке она не подумала? Как вы ее отпустили? — я практически рычал.
— Мужчина, не кричите, — женщина зло взглянула на меня сквозь очки. — Ваша жена понимает все риски, она приняла решение, я не могу держать ее силой. Вы бы лучше за супругой ухаживали, чем орать в моем отделении.
— Извините, — я потупил взгляд.
— Вашей жене показан покой, я надеюсь вы это понимаете? Никаких стрессов, — она говорила так, будто отчитывала меня, как мальчика. Как будто знала, чем я занимался эти дни.
— Я все понял, — гаркнул впопыхах и вылетел из отделения.
Хорош муж, даже не знает, где его жена и как ее состояние. Мысленно обругав себя, как мужа и будущего отца, отправился домой. Мирослава мирно посапывала в кровати, когда я вошел в комнату.
Я легко присел с краю и погладил по щеке, наклонился и сухо чмокнул.
— Привет, Мира. Как ты себя чувствуешь?
Она приподнялась на локтях.
— Данил? Ты вроде говорил через пару недель вернешься? — ее голос звучал мягко, как никогда.
— Приехал раньше, но завтра опять нужно вернуться, — врал, не краснея.
— Ясно, а я отказ написала. Тяжело мне там одной, в больнице. Дома даже дышится легче, — снова откинулась на подушку и закинула руки за голову.
Я лег рядом, подтянув ее к себе.
— Я звонила, ты был недоступен, — посмотрела испытующим взглядом.
— Связь не к черту.
— Это где это такая плохая связь? — она прищурилась.
Я сделал вид, что не заметил вопроса.
— Ты сейчас как себя чувствуешь?
— Да хорошо, не надо меня нянчить, Астахов, все со мной прекрасно, — вернулась старая добрая, язвительная Мира.
Я усмехнулся.
— Пошли, чай попьем, — привстал и потянул на себя жену.
— Чур, ты ухаживаешь за мной, — она подмигнула.
— Хорошо, — улыбнулся и заправил прядь ее волос за ухо.
Она отправилась на кухню, а я задержался под предлогом переодеться, стараясь дозвониться до Олеси. Гудки шли, но трубку никто не поднимал. Черт, девочка, чем ты так занята.
Отправил смс, что буду только к вечеру, проблемы на работе, и со спокойной душой направился на кухню. Еще рано говорить жене о разводе, и рано говорить Олесе о ребенке.