— Катя, это так здорово, — я широко улыбнулась и обняла ее покрепче.
— Да, это здорово, ты знаешь, я ведь думала, что никогда уже не решусь, а тут такое, — она была рада.
— От Андрея? — она легко кивнула в ответ. — Он будет рад, Кать, а я то как за вас рада.
— Сначала была маленькая задержка, но я не придала этому никакого значения, даже не заметила. А потом начала кружиться голова по утрам, тошнота и я пошла в больницу, и уже там мне сказали, что срок 6 недель. Я была на УЗИ, это так здорово видеть своего малыша, он совсем еще крошечный, как точка, но я уже люблю его….
Она продолжала рассказывать, но я больше ее не слышала, только смотрела, как она открывает рот и закрывает его, без звука. Я потеряла все чувства и ощущения, в глазах начало темнеть. Я отставила трясущимися руками стакан на стол и смотрела на Катю, больше ничего не видя перед собой. Только сейчас я поняла, что у меня задержка…
Глава 39
Прошло два дня, как Катя открыла мне глаза своими новостями, а я так и не сделала тест. На то, что это ребенок Кирилла надеяться не приходилось, мы строго следили за предохранением и ни разу не было осечки. Чуть больше месяца назад я спала С Данилом, в тот самый последней раз и совсем не думала о защите. Что делать? Ума не приложу. Я всегда мечтала о ребенке, но не так. Я хотела, чтобы он появился в любящей семье, а не благодаря короткому роману с человеком, которому на меня плевать. Как сказать об этом Кириллу, ума не приложу. Только все наладилось, я счастлива, как никогда раньше, и тут новое испытание. И почему я такая несчастливая. Однозначно, я буду рожать этого ребенка, я уже люблю его, кем бы не был отец. Но что мне делать дальше? Я не знаю. Рассказать Киру или просто уйти? Поделиться новостью с Данилом не возникало ни единого желания. У него жена со дня на день родит, а тут я со своими никому не нужными проблемами. Сидеть и ничего не делать, ожидая, что как-нибудь само рассосётся тоже так себе выход. Да, очевидно, нужно что-то решать. Но для начала хотя бы сделать тест. Я накупила десять разных тестов, но так не одного и не сделала. Пока я оставалась в неведении, была иллюзия нормальности, как же я боялась ее разбить окончательно. Как только я увижу две полоски моя жизнь уже никогда не станет прежней, и скорей всего мне просто придется вернуться в свою квартиру, и снова стать одинокой. Я не могла отпустить Кира, но и врать и юлить тоже не могла. Мне придется сознаться. Я еще немного помялась, глядя на дверь туалета, и захватив пригоршню тестов вошла.
Передо мной лежали десять самых разных тестов с двадцатью полосками на них. Я была беременна, теперь сомнений никаких. Радость омрачал лишь факт причастности Данила к этому событию. Еще три месяца назад я прыгнула ему на шею и сообщила радостную весть, а сейчас мне хотелось спрятаться, скрыться, чтобы он никогда об этом не узнал. И он не узнает. Я никогда и ни за что не признаюсь ему, что у нас будет ребенок. Достаточно того, что Мирослава родит ему наследника, пусть воспитывает и радуется. А я и сама справлюсь. Погладила свой еще плоский живот.
— Не переживай, малыш, мама справится. Я все решу, — я заплакала, тихо и беззвучно. Конечно я все решу, а как иначе? Ведь я обязана сделать все, чтобы мой ребенок был счастлив. Я в лепешку расшибусь, но создам все условия для своего малыша.
Вечером Кирилл снова вернется, мне нужно как-то ему сказать, но я не представляла как. Но ведь это не обязательно делать именно сегодня? Можно еще хотя бы недельку насладиться приятной совместной жизнью. Хотя бы чуть-чуть почувствовать себя счастливой.
Я набрала номер платной клиники и записалась на прием не откладывая, прямо сегодня. Мне хотелось окончательно убедиться, что это все. Я беременна. Быстро собравшись, я вызвала такси, и впервые не переживая за свою судьбу, прыгнула в машину. К назначенному времени я топталась в нерешительности у двери кабинета. Это был тот момент, когда нужно получить волшебный пинок, чтобы осознать, что все изменилось и нужно идти дальше. И я переступила порог кабинета.
— Здравствуйте.
— Здравствуйте, — на меня смотрела женщина лет сорока, без особого интереса, скорей в ожидании действий.
Я прошла и села на стул напротив.
— По беременности? — она потеряла ко мне интерес, уткнувшись в бумаги.
— Нет, то есть да, не знаю, — я растерялась. — У меня задержка, сделала тесты, результаты положительные.
— Хорошо, когда начался последний цикл?
Я задумалась, когда начался последний цикл, было трудно вспомнить. Незадолго до встречи с Данилом.
— Примерно 24 ноября.
— Раздевайтесь. Проходите на кресло, я осмотрю, — она указала кивком головы.
Осмотр длился всего минуты три, все это время я лежала с зажмуренными глазами.
— Беременность, около 7 недель. Вставайте, — она сняла перчатки, вымыла руки и снова уткнулась в бумажки. — Нужно пройти УЗИ, чтобы убедиться, что плод развивается хорошо. Ребенка планируете оставлять?
Я на секунду замешкалась. В моей голове даже не всплывали мысли об аборте, только сейчас такой вариант стал возможным. Но для меня это уже не вариант, я твердо осознала, стоя здесь, что точно беременна и во мне жизнь маленького человечка, она полностью зависит от меня. Я не готова стать палачом, этот ребенок достоин того, чтобы жить, несмотря на поступки своей нерадивой мамаши.
— Да, я буду рожать.
— Отлично, я выписала направление на УЗИ, пройдете в соседнем кабинете, потом зайдите ко мне с результатами, я выпишу направление на анализы, витамины, дам рекомендации, — врач протянула мне листок. Я трясущимися руками взяла бумажку и направилась в соседний кабинет.
Все вместе заняло минут сорок, я вышла из здания полностью уверенная, что беременность протекает хорошо, загруженная множеством направлений и рекомендаций, со снимком маленькой точки с УЗИ.
Я еще раз осмотрела черно-белый лощеный лист, с маленькой точкой, которая превратится в человечка и сунула в сумку. Набрала номер Кира.
— Привет, малыш, — он, как обычно, моментально ответил.
— Привет. Кир, нам нужно очень серьезно поговорить, ты во сколько вернешься? — я решительно настроилась расставить все точки над и сегодня же вечером, не откладывая дело в долгий ящик.
— Что-то серьезное? — мужчина обеспокоился. — Приду к шести, как обычно. Я надеюсь у нас все хорошо?
— Да, Кир, все хорошо, просто хотела кое-чем поделиться, — постаралась успокоить мужчину.
— Люблю тебя, малыш, до вечера, — отключился, видимо срочное дело.
— И я тебя люблю… — сказала уже, слушая гудки.
Домой я снова добиралась на такси, прижавшись лбом к стеклу я смотрела на заснеженный город и пыталась подобрать слова для вечернего разговора. Я даже не могла предположить примерную реакцию Кира. Скорей всего уже завтра я буду зареванная в своей холостяцкой квартире подъедать сладости и заливать горе чаем.
Я поежилась, как от холода. Почему все так сложно? Почему в моей жизни не бывает слова просто, я вечно влипаю в ситуации из ряда вон. Когда уже наступит это долго и счастливо? Видимо никогда.
Глава 39.1
Скажу вам по секрету, подготовиться к серьезному разговору невозможно. Можно миллион раз репетировать стоя у зеркала, готовить речь и даже предсказывать поведение собеседника, но это ничего не даст. К моменту, как раскроете рот, все слова испарятся из головы, а речь станет похожа на болтовню слабоумного. Вас постоянно будут отвлекать трясущиеся руки, которые как не странно больше некуда деть. Они станут помехой, хотя ежесекундно вы живете и не задумываясь о них. Ноги, ноги они прекратятся в два столба набитых ватой, и вы будете это чувствовать каждой клеткой. На лбу выступит пот, как от инфаркта, а сердце гулко начнет биться о диафрагму. Вот так выглядит страшный разговор, последствий которого не возможно предугадать, как не старайся. Даже самый дорогой ясновидящий не даст вам четкого ответа, что ожидать от собеседника, ведь все может свестись к тому, что он сменит стратегию поведения, предсказанную силами свыше. Вот и я стояла битый час у зеркала и жестикулирую активными руками пыталась составить речь, такую, чтобы Кир понял насколько я сожалею, но от ребенка не откажусь. Я говорила все увереннее и увереннее, добавляя побольше красочных эпитетов в свой монолог перед самой собой. Я как будто готовилась презентовать Кириллу результат своего отвратительного поступка в ярком свете, навертев на него бантик побольше и упаковку поярче.