…
Тихий стук в дверь. Дверь открывается практически сразу.
На пороге стоит мой спаситель. Если можно, так сказать. Дементор и спаситель — это антитеза какая-то.
— Ну как ты? — произносит он тихо и с видимым волнением в голосе.
— Пока не понятно, но сто процентов, это состояние лучше, чем было у меня в универе. Спасибо тебе за всё, и за палату, и за… — он поднимает ладонь в воздух в предупредительном жесте, и обрывает меня на полу слове.
— Прекрати, не надо благодарить…
Проходя палату, отодвигает от стола стул и ставит его рядом с моей кроватью.
— Что-нибудь хочешь? — карие глаза сканируют меня.
Отрицательно качаю головой.
— Не знал, что твоя мама тоже хирург, — ступор, вот что сейчас происходит со мной.
Моргаю несколько секунд, пытаясь вникнуть в смысл слов.
— А откуда ты знаешь про маму, — с недоверием кошусь на Дементора.
— Кх… Кх… — немного замявшись, начинает ответ издалека.
— Когда тебя повезли в операционную, я подумал, что, всё-таки надо сообщить твоим родным, где ты находишься.
— И? — теперь мои глаза сканируют его лицо не пропуская ни миллиметра.
— Так вот, одна улыбка и одна шоколадка решили вопрос, — он начинает улыбаться.
— Можно пожалуйста сразу всю информацию, я сейчас не в состоянии, чтобы строить догадки, — хмурю брови.
— Ууу… не делай так больше, ты сейчас похожа на злого, маленького хомяка, — касаясь пальцами складки на лбу, пытается её разгладить.
— О чём это я, о шоколадке. Взяв в регистратуре, ненадолго, твою карточку я посмотрел контактную информацию, там был указан номер твоей мама. Я позвонил и предупредил, она скоро приедет.
— Заа-чее-м, — со стоном откидываюсь на подушку.
— У мамы сегодня должна была быть сложная операция, ей нельзя волноваться.
— То есть ты думаешь, что здоровье её ребенка не так важно? Не глупи, — а вот и возмущение.
…
В коридоре слышится как-то шум…
— Женщина вернитесь, — доносится до нас.
— Бахилы, бахилы… наденьте… так нельзя…
А в следующее мгновение на пороге появляется взволнованная мама. Тяжело дыша, она подбегает ко мне и начинает осматривать с ног до головы.
— Да, мама, прекрати. Со мной всё нормально.
— Ва́лери, почему я узнаю о твоем состоянии от совершенно постороннего человек?! — этот посторонний человек сейчас у тебя за спиной, если что.
— Ва́лери? — недоумённо произносит Дементор.
— Ой, простите, я вас не заметила.
— Александр, — тянет руку, в приветственном рукопожатии.
— Очень приятно, Полина Алексеевна, спасибо большое, что позвонили и предупредили, и были с Лерочкой, — надо же, а я ожидала увидеть, как минимум, Армагеддон.
— Эй, я всё еще здесь, — подаю голос и машу рукой.
— Я ненадолго отойду, хорошо, — молодец, вовремя решил нейтрализоваться.
— Так, почему ты мне не сообщила? — мама с недовольством смотрит на меня.
— Да потому, что я тоже за тебя переживаю, и знаю, что у тебя сегодня сложный и ответственный день.
— Не преувеличивай, моя профессия предполагает, что бы каждый мой день был ответственным.
— Как себя чувствуешь? Налетела на тебя, даже не спросив, — мама заметно смягчается.
— Уже лучше.
— Что за Александр? Я про него раньше не слышала, — многозначительно играет бровями.
— Просто учимся в одном универе, помог мне дойти до медпункта, — стараюсь звучать отстранённо.
— И поэтому ты просто в вип-палате, — смеётся она.
Глава 11
Александр
Хм… Валери…
Красиво и необычно. Первый раз слышу такое сокращение от имени Валерия.
Включив харизму, заполучаю карточку Ведьмочки и быстро нахожу контакты для связи. Странно. В графе: «Кому разрешаете сообщить сведения о себе» указана лишь мать. Ладно, потом выясню детали. Набрав номер, гипнотизирую экран телефона не решаясь нажать кнопку вызова. Что сказать? Ваша дочь сейчас лежит на операционном столе?
Выдохнув. Всё же нажимаю вызов. Гудок, второй, третий. Уже собираюсь отключится, как в трубке слышится приятный голос:
— Ало, Кто это?
— Здравствуйте, меня зовут Александр, я учусь вместе с вашей дочерью. Ей на парах стало плохо, мы сейчас в третьей клинической. Подозрение на аппендицит, — протараторив всё это на одном дыхании, хочу убедится, что меня всё ещё слушают.
— Поняла, спасибо, еду, — и абонент отключается.
Выдохнув, сажусь на маленький диванчик из эко кожи, противного оранжевого цвета в коридоре и ссутулившись разглядываю стенды с различными красочным зарисовками внутренних органов, на противоположной стене. Ещё до конца не отошёл от происходящего. После того, как увидел страх в глаза Леры, мне захотелось её защитить. Она искала во мне поддержку. Эта вредная и своенравная девочка, которая привыкла доверять только самой себе. Захотелось сказать, что пока я рядом, ничего плохого не случится. Я почувствовал себя нужным. Действительно кому-то нужным, не потому что у моей семьи есть связи, или потому что у меня много денег. Нет. А потому, что мое присутствие сейчас очень важно, для одного конкретного человека. Просто присутствие и поддержка и ничего больше.