Родители развелись, когда мне не было и месяца. Мама отказалась от меня, подписав все документы в пользу отца, и уехала в неизвестном направлении. Я никогда ее не видела. Даже на фотографиях. Папа избавился от них в тот же день, стер все воспоминания о бывшей жене. Остались только мы. Он и я. Потом было взросление, постоянные попытки добиться от него хоть какой-то информации, нападки сверстников и слезы в подушку. В какой-то момент я просто смирилась, приняла тот факт, что не нужна ей. И тогда же получила следующий удар - болезнь папы. В один из дней ему резко поплохело, мне тогда только исполнилось восемнадцать лет, и я сдала последний вступительный экзамен. Два года он жил между больницей и домом. Денег ни на что не хватало и мне пришлось устроиться на первую в своей жизни работу - посудомойщицей в небольшом ресторане, недалеко от дома. А со второго курса начала брать учеников на дом - обучала школьников английскому языку, готовила к экзаменам и поступлению в ВУЗ. Состояние папы нормализовалась, и я наконец позволила себе немного расслабиться. Если подумать, то крайние три месяца - лучшие за последние несколько лет. Я только начала дышать полной грудью и теперь… кажется жизнь наконец начала налаживаться.
Я буду учиться в Кенте!
А еще… кажется, в зале уже начали оглашать результаты конкурса.
– Идем скорее, – Лера подхватывает меня под руку, и мы вместе бежим в актовый зал.
К счастью, под конец конференции народу осталось немного. В основном только участники и их научники. Мой тоже здесь, сидит в первом ряду и о чем-то оживленно беседует с ректором.
Не знаю, о чем, но сердце мое всё равно сжимается и сбивается с ритма. Наверное, как у любого, чья жизнь вдруг резко меняется. На горизонте маячат вполне осязаемые перспективы, новые возможности, о которых раньше я не могла и мечтать. Впервые я чувствую, как меня наполняет уверенность, и загадочное «завтра» наконец обретает вполне благоприятные очертания.
Скоро наша с папой жизнь изменится навсегда…
Спектр моих чувств по этому поводу настолько широк, что я немного теряюсь в реальности - уши закладывает, и я не с первого раза понимаю, что со сцены звучит мое имя.
– Рина! – подруга резко трясет меня за руку. – Включись уже! Тебя объявили!
И толкает вперед, придавая ускорение.
Как я оказалась на сцене – не помню. Пришла в себя только, когда почувствовала в руках тяжесть награды. Диплом за первое место в красивой, явно выполненной на заказ, стеклянной рамке. Следом букет цветов.
Ведущий еще что-то говорит, передает микрофон председателю комиссии, потом ректору…
Кажется, они вещали без остановки несколько минут, но я совру, если скажу, что разобрала хоть слово. В сознании словно завеса образовалась - густой, плотный туман, который как гибкая паутина собирает все внешние звуки и, оттянувшись, рикошетит обратно в стену, рассеивая в пространстве, как угасающие искры фейерверка.
Я то и дело отвечаю на рукопожатия, поздравления членов жюри, еще раз благодарю своего научного руководителя, без которого вся эта эпопея так и осталась несбыточной мечтой и сбегаю вниз, за кулисы. Подальше от вездесущих глаз и настырных вспышек университетского фотографа.
– Ринка! Говорила же, ты будешь лучшей. Черт, подруга, как же я за тебя рада!
Лерунчик снова тормошит меня за плечи, обнимает и громко целует в щеку.
– А ты боялась, не хотела участвовать. Как будто я не знаю, что ты у нас не только на потоке, но и во всем универе самая умная.
– Да ну тебя, – отмахиваюсь от комплимента. – Тоже мне гения нашла. Я просто делала то, что мне говорили.
– Ага. И первое место тебе тоже просто так приручили. За красивые глазки. Эх ты, скромняшка моя, и когда только ты поумнеешь? Умница, красавица, теперь еще и победительница международного конкурса. Да ты у нас прямо завидная невеста, Аринчик! Еще и скромница в придачу - повезет же кому-то…
– Лера, – шикаю на нее, пресекая бессмысленную речь. – Лучше дай мне мой телефон - я папе позвоню, расскажу, что победила.
Подруга достает из сумки мой дешевенький смартфон - простенький китаец, на которого я копила несколько месяцев подряд и протягивает мне. Передаю ей букет, а сама, прижав к груди награду, отхожу подальше от сцены. Но не успеваю даже разблокировать экран.
На экране высвечивает “Папа”, и я с улыбкой отвечаю.
– Папуль, ты как всегда вовремя! Я как раз собиралась тебе звонить…
– Ариш, это тетя Вера… коллега папы, – женский голос на том конце заставляет меня напрячься.