По телу проносится легкий озноб. Сердце пропускает удар.
– Тетя Вера, – повторяю растерянно. – Что… что случилось?
– Твой папа… Вообщем он в больнице. Забрали на “скорой” прямо с работы. Я сейчас еду к вам за его вещами. Ты дома? Я же не знаю, где у вас что лежит…
– Подождите, – пытаюсь отдышаться и выловить хоть какую-то толику смысла в том, что услышала. – Какая больница? Вы о чем? Он же пошел на поправку! Врач говорил…
– Детка, дело очень плохо. Я ничего толком не поняла, но вроде там что-то с почками.
С почками? Но папа никогда не жаловался…
Это какая-то ошибка. Точно!
Мой папа не может…
Качаю головой, не соображая, что меня не видят.
– Приезжай скорее, – голос женщины срывается на тихий шепот. – Он… он сказал, что хочет успеть с тобой попрощаться…
Диплом с грохотом летит на пол, потому что руки уже не выдерживают его вес, и рассыпается уродливым пазлом, оглушая вконец. Я же, зажав рот ладонью, припадаю всем весом к стене, глядя на искрящиеся осколки у себя под ногами.
Точно такие же, как и те, во что превратилась моя жизнь…
Друзья, не скупитесь на лайки и комментарии. Ваша отдача очень мотивирует, я хочу знать, что пишу не просто так. Спасибо!
Глава 6
Тело бьет мелкой дрожью. Я не сразу понимаю, что нахожусь в туалете. Прихожу в себя только, когда Лера плещет в лицо холодной водой. Вздрагиваю и будто выныриваю из оцепенения. Судорога вмиг отпускает, сердце проваливается меж ребер, и я громко всхлипываю только сейчас осознавая, что умудрилась порезать ладонь. Морщусь, когда подруга снова подставляет мою руку под струю и пытаюсь вырваться.
– Тише ты, не дергайся. Черт, Арин, я ничего не понимаю. Что случилось? Подруга…
Она заглядывает мне в глаза, пытаясь утешить, как маленького ребенка. А я не могу выдавить и звука. Сказать, что мне надо идти. Что мой папа…
Господи, я нужна своему отцу!
– Рина, – трясет меня за плечи, пытаясь привести в чувство. – Скажи хоть что-нибудь, я сейчас с ума сойду!
Спокойный, но строгий голос заставляет мозг работать.
Я нервно сглатываю, пытаясь схватиться за оставшиеся крохи слов и вылавливаю чуть слышно:
– Па-па…
Вместе с коротким словом из горла вырывается болезненный стон, я хватаюсь за Леру, словно она - мой последний шанс на спасение. Сжимаю что есть силы и выговариваю отрешенно:
– Папе плохо… Мне надо к нему.
Разворачиваюсь и бегу на выход, не чувствую ног.
– Подожди! Я с тобой, – раздается за спиной, а через секунду Лера оказывается рядом и решительно подхватывает меня под руку. – Я не оставлю тебя в таком состоянии, даже не спорь.
А я и не пытаюсь.
Киваю в знак согласия и мысленно умоляю бога, чтобы не забирал у меня и отца. Он - мое всё, моя единственная семья и опора. Без него я не справлюсь.
На парковке перед университетом нас встречает Гордей - парень Леры. Окидывает меня взглядом и, ничего не говоря, помогает сесть на заднее сидение. Лера садится рядом, притягивая меня к себе и обнимая как маленького ребенка.
– В больницу? – спрашивает мягким шепотом, вытирая влагу с моего лица.
А я и не заметила, что плачу…
– Н-нет, – отрицательно качаю головой, пялясь куда-то вперед. – Сначала ко мне. Там тетя Вера. Надо собрать вещи…
Всю дорогу едем молча. Лера так и не выпускает меня из объятий. Гладит по спине и плечам, пытаясь растормошить окаменевшее от ужаса тело. Не подозревает, что я ничего не чувствую. Мышцы словно атрофировались, а кости… Эту боль не сравнить ни с чем. Единственное, на что хватает сил - медленно втягивать в себя воздух, наполняя горящие легкие и не давая сердцу остановиться.
Уже заезжая во двор пятиэтажки, замечаю у подъезда одинокую фигуру.
Тетя Вера в тонком дешевом пальто на фоне серой стены прячется от моросящего дождя под козырьком подъезда. Кажется, словно сейчас она противостоит всему миру… Ждет.
Ребята обмениваются с ней коротким приветствием, меня хватает только на кивок головой.
В квартиру поднимаемся все вместе. Даже Гордей не останется в стороне, помогает собрать небольшую сумку, спускает ее вниз и прячет в багажник машины. На этот раз я оказываюсь рядом с тетей Верой, а Лера пересаживается к своему парню вперед.
– Не смей плакать, – шепчет женщина стоит нам отъехать. – Успокойся. Все будет хорошо. Ты слышишь? С твоим папой ничего не случится.