Всё…
Из полуобморока меня вытаскивает глухой шум и резкий поток свежего воздуха, бьющий прямо в лицо.
– Бля, ты точно не переборщил с дозировкой? Она какая-то бледная…
Моей кожи касается что-то шершавое и теплое, треплет по щекам. А я только и могу, что судорожно втягивать воздух, которым даже сейчас почему-то не насыщаюсь. Голова кружится, в висках стучит, а во рту вязкая горечь, которую никак не получается сглотнуть.
– Так я действовал строго по инструкции, – оправдывается тот урод, что схватил меня у подъезда. Я узнаю его по голосу. – Сколько дали, столько и вколол! Не я дозу рассчитывал, какие ко мне претензии?
– Видать, этот док что-то намудрил со снотворным, – рассуждает второй, видимо отвечающий в этой парочке за логику. – Черт! Знал же, что нельзя доверять гаду…
– И че теперь делать?
– Молись, чтоб не сдохла. Иначе шеф нам обоим башни снесет… Сука! Дверь открой, надо ее в дом занести.
Он подхватывает меня на руки и вытаскивает из машины.
– Эй… открой глаза! – хлопает по щекам, но я не могу. Веки не поддаются - такими тяжелыми они кажутся, и кислорода все так же катастрофически не хватает. – На меня смотри, говорю! Ну… Арина!
Надо же… Он и имя мое знает. Значит, точно не ошибся. Им, и правда, нужна я…
С этой мыслью, надо бы заметить весьма запоздалой, я и лечу в пропасть. В какую-то страшную черную дыру, которая неумолимо засасывает меня, утягивая в холодную и пустую неизвестность. Теперь, кажется уже навсегда.
Глава 3
Мирон
Смотрю на бессознательное тело в мрачной подвальной комнате и не верю, что это она. Та, что лишила моего брата сердца. Вырвала из груди и раздавила своими маленькими хищными коготками…
Сука!
И что он вообще в ней нашел?
Спрашиваю, а самого ведет от одного ее вида. Не могу наглядеться. Сколько не пытаюсь, глаза снова к ней возвращаются. Сканируют жадно. С наслаждением. Подмечая каждую деталь.
Худая девка, даже тощая. Тронешь разок неосторожно - и рассыпется, разлетится хрустальной пылью… Бледная совсем. В каком-то старомодном тряпье из серии, что носила еще моя бабка. Юбка чуть ли не до щиколоток, простой джемпер и куртка. Дешевая, мать его, куртка! Старая. Как и сапоги на маленьком каблучке.
Кожа серая, под глазами - синяки, такие никакая косметика не скроет. Да и нет ее. Ни грамма тоналки или еще какой дряни, какими пользуются все бабы.
Все, но не она…
Даже губы сухие. Аккуратные. Видно, что свои, без всяких филлеров и инъекций. Точно не из нашего времени девка. Встреть я ее при других обстоятельствах, ни за что бы не поверил, что передо мной не строгая училка из соседнего интерната, а обычная шлюха. Опытная. С хорошим таким пробегом. Обыкновенная блядь, в прямом смысле этого слова!
И какого хрена она нарядилась в это старье?! Нахера?
Снова оглядываю спящую красавицу.
С ума сойти!
Какая белоснежная гладкая кожа. А руки... Эти тонкие кисти с длинные пальцами, будто созданы для игры на пианино.
Не могу сдержаться и провожу по бледной скуле ладонью, заправляю длинную карамельную прядь за ухо и, тихонько ругнувшись, отдергиваю руку.
Что за нафиг?!
Какого черта я испытываю к этой твари жалость?
Она не достойна даже этого! Не должна вызывать у меня ни грамма сочувствия.
Ненависть, отвращение, да всё что угодно.
Но не жалость!
Ничего из этого.
Отворачиваюсь и отхожу в сторону. Закуриваю в попытке унять чертей, что устроили во мне адский вертеп.
Смотрю на спящий силуэт и понимаю, что не смогу… Не смогу убить, как бы не хотел этого. Как бы не ненавидел… Я не убийца и уж точно не планирую им становиться. Те ублюдки, которых убрали по моему заказу - не в счет. От них давно нужно было избавиться, я лишь сделал нашему миру одолжение, взяв это дело на себя.
А вот она…
Проклятье!