— А куда должен уходить человек после завтрака и обеда?
— Не знаю, куда хочет. Но у нас находиться нельзя. У нас только питание, ночлег и душ перед сном.
— А лежачие тоже должны уходить?
— Нет, для лежачих у нас специальный интернат. Там за ними постоянное наблюдение.
— Ясно..
— Скажите мне ее ФИО, я запишу.
— ФИО нет. И вообще никакой информации и никаких документов у человека нет.
— Тогда примерные параметры назовите, чтобы мы могли идентифицировать ее, когда приедет к нам.
— Девушка, на вид двадцать два года, длинные темно-русые волосы и голубые глаза.
— Хорошо, я записала. Когда нам ее ждать?
Задумываюсь.
— У нее послезавтра выписка.
— Хорошо, ждём послезавтра.
— Спасибо, всего доброго.
— Всего доброго.
Кладу трубку и устало откидываюсь на кресле. Я хотел потянуть с выпиской малолетки, но начальство поторапливает меня. Главный страх — вдруг ее попытаются убить в нашей больнице. Нужно поскорее избавиться от такой сложной пациентки, чтобы, не дай Бог, чего не вышло. Проблем ведь потом не оберемся.
И, конечно, такой риск есть. Кто-то совершил профессиональное покушение на убийство, но, волею судьбы, оно провалилось. Будет ли организатор пытаться убить малолетку еще раз? Не исключено.
Ну и как выпустить ее из больницы? Вопрос без ответа.
И я все-таки считаю необходимым сделать малолетке МРТ головы. Раз внутренняя бюрократия не позволяет, то иду напрямую к нашему МРТшнику. Мы с ним учились в одном меде. Не то что бы мы большие друзья, но во время студенчества несколько раз вместе бухали. Ну и так у нас в целом приятельские отношения.
— Николай Саныч, привет, — захожу к нему в кабинет МРТ.
Через стекло вижу, что как раз на обследовании лежит человек.
— О, здорова, Евгений Борисыч. Как жизнь? Сто лет не виделись.
Коля жмёт мне руку, а сам смотрит на свои мониторы.
— Слушай, — беру свободный стул и сажусь рядом, — у меня к тебе просьба.
— Какая? — все так же не отрываясь от мониторов.
Тут ходит медсестра, еще какой-то сотрудник. Они, конечно, стесняют меня. Когда выходят за дверь, быстро начинаю:
— У меня сейчас очень проблемная пациентка. Может, ты слышал, неделю назад девушку с огнестрелами к нам привезли?
— Да, слышал.
— У нее амнезия.
— Сочувствую.
— Надо сделать ей МРТ головы.
— Ну пускай невролог назначит, сделаю. Только очередь сильно большая. У нас сломался один аппарат МРТ, плюс у меня коллега сейчас в отпуске. Я тут зашиваюсь. Но назначат — сделаю.
Коля придвигается ближе к экрану и прищуривает глаза.
— Так в том-то и проблема, что назначать не хотят.
Поворачивает на меня голову с удивлением.
— А как же я сделаю без назначения врача?
Вздыхаю. Почему все так сложно?
— Коль, у меня к тебе огромная просьба, — понижаю голос почти до шепота. — Пожалуйста, сделай ей МРТ. Это реально важно. На нее совершили покушение на убийство, три огнестрельных ранения, одна пуля задела легкое. На операционном столе у нее остановилось сердце. Пятьдесят семь секунд клинической смерти. Очнулась — ничего не помнит. Даже имени своего. Ей правда очень нужно сделать МРТ. Я прошу тебя, помоги.
Коля шумно выдыхает и возвращает лицо к экранам. Качает головой.
— А почему ей не хотят назначать МРТ?
— Из-за большой очереди. Руководство хочет побыстрее ее выписать, потому что боятся нового покушения уже в стенах больницы. На меня сильно давят сверху, чтобы срочно выписывал ее. Ну и так как она вообще без документов, в том числе без полиса ОМС, не хотят проводить ей дорогие обследования.
— Блин, Жень, — мнётся. — Я тут с восьми до восьми эти МРТ делаю. Не ем и не пью. А потом еще до ночи описания готовлю. И куча сложных случаев, на которые уходит уйма времени, чтобы все рассмотреть и правильно описать…
— Описание делать не надо. Просто сделай МРТ и запиши на диск. Описание мне не нужно, я сам посмотрю диск.
Трёт лицо. Видно, устал, толком не спит и не ест.
— Ладно, — скрипя душой соглашается. — Приводи ее завтра в девять вечера. Все уже уйдут, я сделаю ей обследование. Диск сам расшифруешь.
— Спасибо тебе огромное, Николай Саныч! — на радостях обнимаю его.
— Только это между нами, окей? Меня по голове не погладят за то, что делаю МРТ без назначений.
— Да, конечно! Это будет наш с тобой маленький секрет.
Коля начинает ржать и толкает меня локтем.
— Иди давай.
Дверь открывается, возвращается медсестра. Пора уходить. Поднимаюсь со стула и жму Коле руку. Руководству я наплёл, что у малолетки проблемы со швами, поэтому выпишу ее послезавтра. Вот только куда ее выписывать — ума не приложу. Не в бомжатник же, в самом деле, где ее могут снова попытаться убить.