А вот сейчас было обидно.
Глава 17. Красивая
Анжелика
Ну вот я и выложила ему все о себе. Не знаю, правильно ли сделала. Отчим не любит, когда о нем протягивают язык. Хотя конкретно об отчиме ничего уж прям такого из ряда вон я не рассказала. И все же. Добрый и симпатичный доктор теперь под угрозой.
С ума сойти! Он — тот самый идиот с пляжа, которого я вытащила пьяным из моря. Я помню тот день. Один из немногих счастливых дней в моей жизни. Мы с мамой поехали отдыхать в Адлер. Она тогда только познакомилась с отчимом и еще не вышла за него замуж. С нами была мамина подруга с двумя своими дочками. Наши мамы легли спать, а мы с девочками пошли гулять по набережной и сели на веранду ресторана. Болтали, пока я не заметила, как на меня пялится один парень.
Сразу было видно, что он старше. Возможно, этим он мне и понравился. За мной тогда ухаживали два прыщавых одноклассника с брекетами. Меня воротило от одного взгляда на них. А этот был красивый. Потом он ушел из ресторана в сторону берега. Не знаю, зачем, но я пошла за ним.
Вообще, ходить куда-то за парнями — это абсолютно не в моем стиле. Я привыкла к тому, что они ходят за мной. А за этим я пошла. Но он обозвал меня малолеткой. Не передать словами, как меня это возмутило! Я, значит, оставила подруг, проделала за ним путь по черноморским камням, можно сказать, проявила инициативу, чего не делала с парнями вообще никогда. А он меня просто унизил.
Затем красавчик полез плавать и, ожидаемо, не выплыл. Ну тут уж я над ним сжалилась и бросилась следом в море. Он хоть и обидел меня, но не настолько, чтобы оставить умирать. Я с раннего детства и до четырнадцати лет профессионально занималась плаванием и прыжками в воду. Хотя лезть ночью в шторм с моей стороны тоже было не очень обдуманным поступком. Но человек тонул, я не могла безразлично смотреть со стороны. Короче, нам обоим повезло: ему, что я его вытащила, а мне — что не утонула следом за ним.
Какое-то время я еще помнила симпатичного придурка с пляжа, который полез купаться пьяным. Ну а потом время и множество трагедий в моей жизни стерли его из головы.
И вот он сидит передо мной. Просто невероятно. Побагровел от того, что я назвала его идиотом.
— Тебя не учили старшим не хамить? — строго спрашивает.
А мне хочется расхохотаться.
— Я же малолетка, куда мне, — язвлю.
— Да, ты еще малолетка. Поэтому я буду тебя учить: старшим хамить нельзя, — грозит пальцем.
Почему он называет меня малолеткой!? Обидно, блин! Мне двадцать два года, в моем возрасте у некоторых людей уже по двое детей.
Интересно, а у доктора есть девушка? В квартире следов женщины нет. Но это ведь не значит, что он одинок. Я бы сказала больше: такой красивый парень не может быть одинок. В груди разливается разочарование. Стараюсь заглушить его. Мне то что?
— А почему к тебе в больницу не приходил никто из друзей? У тебя их вообще нет, что ли?
— Есть, они писали мне в соцсетях.
Не просто писали, а буквально завалили миллионом сообщений. Про меня вспомнили даже люди, с которыми я всего раз где-то обмолвилась одной фразой. Я не успевала отвечать. Я же не могла пользоваться телефоном на глазах у врачей и медсестер. Я ведь типа потеряла память и не знаю пароль от смартфона. Приходилось прятаться под одеялом. В реанимации это было особенно сложно.
— Странно. В больницу по поводу тебя вообще никто не звонил. По документам ты у нас проходила, как бомж.
— А зачем им звонить в больницу, если они могут написать мне в соцсети или в мессенджере?
— Логично, — задумчиво трет подбородок. — Значит, у тебя есть близкие люди?
Мотаю головой.
— Нет, к сожалению. Близких людей у меня нет. Мне писали старые московские друзья, одноклассники. Я не общалась с ними четыре года. С кем-то больше. Они бы и не вспомнили про меня, если бы про покушение не рассказали по всем каналам.
Женя встает со стула, задумчиво делает пару кругов по комнате, затем шагает в кухонную зону. Ставит кружку под кофемашину и нажимает одну кнопку. Аппарат громко перемалывает зерна, затем из краника начинает течь темно-коричневая жидкость. Женя пьет американо без молока и сахара.
Я гляжу на него, все еще пребывая в шоке от того, что бывают в жизни такие случайности и совпадения. Меня спас от смерти парень, которого много лет назад от смерти спасла я. Что это? Случайность? Карма? Шутка судьбы?
Что бы то ни было, а я счастлива, что мы снова встретились. Попадись мне другой врач — неизвестно, где бы я сейчас была. А Женя продолжает мне помогать.
Нет, не помогать. Спасать меня.
— Ты делаешь все это из чувства благодарности? — спрашиваю.
Женя, видимо, слишком глубоко погрузился в свои мысли, пока кофемашина готовила ему американо. Слегка дернулся от моего вопроса, словно очнулся.