— Что именно?
— Спасаешь меня.
Женя делает маленький глоток горячего напитка. Смотрит на меня поверх кружки. Как будто слова подбирает.
— Любой врач поступил бы на моем месте так же.
Фыркаю и слегка смеюсь.
— Любой врач повез бы к себе домой пациентку без памяти и документов, которую хотят убить? Серьезно?
Сама не знаю, что хочу услышать. Понятно же, что он влез в мои проблемы из чувства благодарности. Женя узнал меня и тоже решил помочь, как когда-то я ему.
— Мне тебя жалко.
Меня обдает ведром ледяной воды.
Жалко? Ему меня жалко?
То есть, он помогает не потому, что я ему нравлюсь? И даже не из чувства благодарности?
А потому что просто жалко!?
Это еще обиднее, чем малолетка.
— Жалко у пчелки в попке, — огрызаюсь и гордо отворачиваюсь к окну.
Женя смеется.
— Я тебя спас, потому что, во-первых, на моем операционном столе не умирают. А во-вторых, такая молодая и красивая девушка в принципе не должна умереть.
Довольно улыбаюсь. Он сказал, красивая.
Глава 18. Бандиты
Анжелика
Вечером следующего дня Женя приезжает домой не один, а с массажистом. Он нашел специалиста для моей больной ноги. Сначала при виде массажиста я теряюсь, а потом начинаю испытывать жгучее чувство неловкости перед Евгением. Он столько для меня делает, в том числе тратит на меня деньги, а я вообще никак не могу отблагодарить его. Единственное, что мне доступно, — это содержать в чистоте его квартиру и готовить ему еду. Что я и делаю целыми днями, сидя взаперти.
После массажиста приходит врач по лечебной физкультуре. Мы занимаемся около часа. Он дает мне домашнее задание — упражнения, которые я должна выполнять самостоятельно в течение дня.
— Как нога? — спрашивает Женя, когда врач уходит.
— Мне кажется, лучше, — делаю несколько шагов по комнате. — Такое может быть после одного массажа и одного урока физкультуры?
— Может. Но это не полное восстановление, а лишь положительная динамика к улучшению. Тебе нужно заниматься долго и упорно, массаж делать курсами. Через месяц можно начать плавание, если со швами будет все в порядке.
— Почему только через месяц?
— После операций минимум месяц не рекомендовано купаться в водоемах. Кстати, как твои швы?
— Чешутся.
— Это хорошо.
— Я не знаю, как мне тебя отблагодарить.
— Приготовь что-нибудь вкусное.
— Я сегодня приготовила. Там в холодильнике голубцы с пюре, еще есть салат…
Замолкаю. Смотрю на Женину спину, удаляющуюся к холодильнику. Я родилась под счастливой звездой, раз встретила его. Мне настолько неудобно и неловко перед ним. Вчера Женя сунул мне в руки планшет, банковскую карту и сказал заказать в интернет-магазине любые вещи, которые мне нужны. Я сквозь землю провалиться хотела. Ну, заказала средства личной гигиены, без которых никак. Больше ничего не стала. Немного одежды у меня есть от какой-то благотворительной организации, этого достаточно. Хотя меня уже берут сомнения, что вещи в больницу прислала благотворительная организация. Они так идеально угадали с моим размером. И одежда достаточно дорогая.
Конечно, это все Женя мне купил.
Я восхищаюсь им. Он такой умный, сильный, смелый, добрый, щедрый, красивый… И еще миллион эпитетов. У меня аж воздух из легких выбивает, когда смотрю на него. В больнице Женя нравится каждой второй незамужней медсестре. Я даже слышала, как они обсуждали его. Евгений Борисович то, Евгений Борисович это. Мне так и хотелось рявкнуть им: «Слюни подберите».
— Вкусно, — хвалит мои голубцы.
Я расплываюсь в самой идиотской улыбке, которая только возможна.
— Нам нужно подумать, что делать на выходных, — продолжает, прожевав. — За мной таскается хвост из нескольких машин. Меняются, чтобы я их не спалил. Но я все равно спалил.
А вот это мне не нравится. Я тут же напрягаюсь. Под ложечкой начинает неприятно сосать. Боже, во что я впутала Женю…
— Раз за мной следят, значит, я должен вести максимально обычный образ жизни. Если я начну прятаться, это вызовет подозрения. Завтра после работы я схожу посидеть в бар с друзьями. А вот на выходных можно куда-нибудь уехать. Как раз мой приятель приглашал к себе на дачу.
Мое и без того поганое настроение стремится к нулю. Женя хоть понимает, что я целыми днями только и делаю, что жду его с работы? А если он уедет на все выходные, я вовсе с ума сойду от одиночества.