ГЛАВА 13
Первый луч солнца прокрался в комнату, словно осторожный гость, боящийся нарушить священную тишину. Он скользнул по деревянному полу, пробежался по смятым простыням и, наконец, коснулся лица Александра, заставив его веки моргнуть. Он не спал уже несколько минут, просто лежал на боку, подперев голову рукой, и смотрел на Анну, спящую рядом. В этом моменте было что-то невыразимо хрупкое, почти волшебное по своей красоте.
Ее светлые, слегка выгоревшие на летнем солнце, волосы разметались по подушке спутанным нимбом, губы были приоткрыты, а дыхание — таким легким и ровным, что, казалось, сам воздух в комнате дышал в такт с ней. На лице красавицы застыло выражение абсолютного, безмятежного покоя, которого он никогда не видел у людей, обремененных воспоминаниями прожитых дней. В этом покое было что-то от детства, от той потерянной невинности, которую взрослые безуспешно пытаются вернуть. Мужской взгляд, полный мучительной нежности, скользнул выше и замер на тонкой, едва заметной ниточке шрама у нее на виске — бледный, почти исчезнувший след той страшной аварии. След, который стал началом их общей истории.
И в этот миг его сердце, только что наполненное теплом, сжалось с такой силой, что стало трудно дышать. Это была щемящая, почти невыносимая нежность, смешанная с липким, парализующим страхом. Страхом, который приходил к нему каждое утро вместе с рассветом. Он боялся всего: боялся неловким словом или грубым движением разрушить это хрупкое счастье, боялся, что однажды она посмотрит на него не с любовью, а с укором или, что еще хуже, с равнодушием. Боялся потерять ее, боялся не оправдать то безграничное доверие, которое она, ничего не помнящая, подарила ему. Он чувствовал себя самозванцем в раю, который построил на руинах ее прошлой жизни, и каждое утро ожидал, что его изгонят оттуда раз и навсегда.
Она потянулась во сне — движение было плавным, кошачьим, исполненным неосознанной грации. Ресницы дрогнули, и она открыла глаза. В этот краткий миг перехода от сна к яви, когда сознание еще не успело выстроить защитные барьеры, девушка увидела его. И не испугалась, не смутилась, не отпрянула. В ее взгляде не было и тени той отстраненности, что случается порой у любовников поутру. Вместо этого ее губы изогнулись в улыбке — сонной, блаженной, такой открытой и доверчивой, что у него перехватило горло.
— Доброе утро, — прошептала она голосом, все еще хрипловатым ото сна, но наполненным невыразимой теплотой.
— Доброе утро, моя хорошая, — ответил он, и, наклонившись, невесомо поцеловал ее в лоб, вдохнув запах ее волос — запах морской соли и цветочного, едва уловимого от шампуня. — Как тебе спалось?
— Отлично, как никогда в жизни, — она улыбнулась шире, и от этой улыбки в комнате, казалось, стало еще светлее. — Мне снилось что-то очень теплое... Кажется, море. И ты был там.
Они лежали молча, не шевелясь, просто слушая, как за окном просыпается мир. Море, безмолвное в предрассветный час, теперь подавало голос — волны с тихим, убаюкивающим шелестом накатывали на берег, словно перешептываясь о чем-то вечном. Где-то вдалеке одиноко прокричала чайка. Эта привычная неловкость, которая неизбежно возникает между мужчиной и женщиной после первой ночи, проведенной вместе, куда-то отступила, растаяла, как утренний туман. Ее место заняла спокойная, глубокая, почти осязаемая близость — чувство, когда двое не просто рядом, а словно составляют единое целое, дышат и чувствуют в унисон.
— Александр... — Анна, чуть помедлив, положила свою узкую теплую ладонь ему на грудь, прямо напротив сердца. Она не смотрела на него, но он чувствовал, как она вся обратилась в слух и внимание. — Что теперь будет дальше?
Вопрос повис в воздухе, наполненном солнечными пылинками.
— Смотря... — он сделал паузу, стараясь унять внезапно участившееся сердцебиение под ее ладонью. — А чего ты сама хочешь больше всего?
Она на мгновение задумалась, ее брови чуть сдвинулись к переносице, но тут же разгладились, словно она вдруг нашла простой и верный ответ на самый сложный вопрос.
— Я пока не придумала, как будет выглядеть наша жизнь, где мы будем и чем займемся, — произнесла она медленно, будто пробуя слова на вкус. — Но я уверена... Я знаю, что хочу, чтобы ты был рядом со мной. Постоянно. Всегда. Чтобы каждое утро начиналось вот так, как сегодня.
Мужчина не ответил словами. Он притянул ее к себе, крепко, но бережно, удивляясь тому, как идеально, до малейшего изгиба, ее тело прилегает к его груди. Она была словно недостающая часть пазла, элемент, который он искал всю жизнь и нашел при таких странных, пугающих обстоятельствах. Она поместилась в его объятиях так, будто это место было создано природой специально для нее. Он уткнулся носом в ее макушку и закрыл глаза.