- Не может быть, - произношу я вслух, еще раз нажимаю, и Мишка вновь признается мне в любви. Так искренне и радостно: «я люблю тебя», - говорит он, протягивая вперед свое плюшевое сердце.
Я смотрю во все глаза, словно передо мною не игрушечный медведь, а дорогой человек, что вдруг, спустя много лет, обрел дар речи. Мишка пропах пылью, от времени шерстка свалялась. Но это не страшно!
- Я тебя тоже, - шепчу я в ответ, прижимая к груди его мохнатую морду.