- Так ты и помоложе будешь, - подытожила Ленка. И мы засмеялись.
Я и в самом деле помнила все. Хотя некоторые моменты наших отношений мне хотелось бы забыть и больше к ним не возвращаться.
Когда Вадим взял на себя руководство компанией, его задержки на работе стали чем-то само собой разумеющимся. Я видела, как много сил он отдает делу, как болеет им! И мне хотелось поддержать своего трудоголика. Как преданная жена, я заботилась о том, чтобы дома его встречали послушные дети, ухоженный быт, вкусный ужин, покой и уют. Закономерными стали регулярные неформальные встречи, где мой муж, в компании деловых партнеров вершил большие дела. И это тоже было неизбежно! Скрепя сердце, я уступила свое место его работе. Той сопернице, что оказалась сильнее меня. Как я наивно полагала, единственной.
Однажды, так и не дождавшись мужа домой, я задремала. Когда проснулась, за окном уже сияла, в окружении звезд, полная Луна. Все обещанные сроки минули, и я в нетерпении набрала его номер. Трубку сняла какая-то девушка. «Секретарша?», - предположила я.
- А Вадик в душе, - одной короткой фразой она расставила все точки над «й».
- Тогда передайте ему, пожалуйста, чтобы перезвонил жене, как помоется! - еле сдерживая ярость, нарочито громко произнесла я. И нажала «отбой».
Меня трясло, руки нервно подрагивали. И я бросила телефон на диван, как будто услышанное только что было на его совести. Налив себе солидную порцию коньяка, я уселась за стол и принялась гипнотизировать дверь. «Скорее всего, эта дрянь ему все расскажет», - размышляла я. Крепкий напиток заструился по венам теплой волной, снимая подступившее к горлу напряжение. Я сразу отмела идею устраивать скандал, бить посуду и кидать в его лицо разорванные в клочья семейные фото. Во многом потому, что наверху в сладком неведении спали наши дочери. Разумнее было отложить все разборки на потом. К тому же, выяснять отношения «под градусом» - заведомо проигрышная стратегия. Потому, накатив, взамен снотворному, еще одну стопку, я отправилась спать.
Утром, еще не открывая глаз, я услышала в комнате запах цветов. На полу, у подножия кровати, стояла гигантская корзина алых роз, моих любимых... Я встала и равнодушно прошла мимо. Уже распахнув плотные шторы, я заметила на прикроватной тумбочке открытку. До боли знакомый мелкий почерк. «Как курица лапой!», - скривилась я и достала из тумбочки очки.
«Маргаритка, прости меня. Я сволочь!», - всего-то и сумел написать Вадим в свое оправдание. Я раздраженно отбросила в сторону лаконичное послание и отправилась в ванну. Пока я умывалась, созерцая в зеркале свое помятое отражение, в голове кружились мысли. «Прощать?», - задала я вопрос самой себе. И, обреченно закрыв глаза, кивнула. Иного ответа не было. Стоило представить свою жизнь без Вадима, а его - рядом с другой женщиной. Стоило мне лишь на миг вообразить, как я скажу своим дочерям, что их отец нас бросил. От этих мыслей закружилась голова, и я прислонилась к стене. Ощущая спиной холодный кафель, я поняла безвыходность своего положения. «Так вот, почему говорят - утро вечера мудренее? Утро отрезвляет, ставит перед фактом».
Внизу, как ни в чем не бывало, пил утренний кофе мой муж. Предатель и изменщик! Перед тем, как выйти из сумрака, я закрыла глаза и трижды глубоко вдохнула. «Я спокойна», - мысленно произнесла я заклинание, - «я - пострадавшая сторона. Я ни в чем не виновата. Он виноват!». С этим девизом, и гордо поднятой головой, я спустилась вниз.
- Доброе утро! - встрепенулся Вадим.
- Доброе, - спокойным тоном ответила я.
Молчание буквально повисло в воздухе. Но я не спешила нарушать его. Открыв холодильник, я извлекла кефир, фитнес-булочки, ягодный джем, и яйца. Нинке - тосты, Зойке - глазунью. Этот привычный утренний ритуал вернул мне самообладание. И я, разогревая на огне сковородку, на секунду забыла о случившемся! Но лишь на секунду...
- Рит, - Вадим обошел столешницу. Я тем временем, разбила яйца, наблюдая, как равномерно меняет цвет яичный белок.
- Рита! - чуть громче произнес он, - Повернись, пожалуйста.
- У меня яйца! - коротко ответила я, убавляя газ.
- Это у меня яйца, - Вадим предпринял попытку разрядить обстановку. Попытка не удалась.
- Это заметно, - бросила я через плечо.
Он громко вздохнул. Спиной я почувствовала его внимательный взгляд. И развернулась.
- Я слушаю! - ответила я, и сложила руки на груди.
Вадим взъерошил волосы. С минуту он стоял, глядя в окно. «Изобретает оправдание», - думала я, наблюдая работу его мысли.
- Рит, - он поднял глаза, - Я уже написал, а теперь произнесу вслух. Я сволочь! Ты могла бы прямо сейчас выгнать меня к чертовой матери. Но позволь мне сказать.