Я натужно улыбнулась кончиками рта, и кивнула. Ощущая, как уютно устроилась моя рука в его ладони.
- Что тебе привезти? – как обычно накануне отъезда, спросил Вадим.
Я секунду подумала, потом подняла на него глаза:
- Ничего, только себя привези поскорее.
- Это я тебе обещаю! – Вадим поднес мою руку к губам, и я почувствовала короткое, но нежное прикосновение. Высвободив ладонь, я в ответ коснулась его щеки.
Где-то в складках пиджака, разрушая очарование момента, громко запел телефон. Вадим вынул его из кармана, взглянул на экран и беззвучно выругался.
- Я сейчас, пока выбирай, - он торопливо встал.
Удивительно, но эта странная атмосфера создавала иллюзию домашнего уюта. Как будто ты не покидал пределы собственной квартиры. Только здесь по первому зову у двери возникал услужливый официант. Он не задавал лишних вопросов, а только улыбался и кивал. Иногда меня мучили сомнения, уж не робот ли обслуживает наш столик? По большому счету мне было безразлично, где и что ужинать. Лишь бы Вадим сидел напротив.
Однажды во время празднования моего дня рождения, мы стояли на пороге ресторана. Вадим накинул мне на плечи свой пиджак. Была холодная осень, с неба моросил мерзкий дождь, на улице было зябко и хотелось поскорее вернуться в помещение.
Тут у входа я заметила древнюю бабулю. Она сидела на маленьком стульчике, завернувшись в куцую шаль. Сбоку от нее стояли три вазочки. В них скромно, будто бы стыдясь своей искренней простоты, стояли букеты осенних цветов. Георгины, астры, немного физалиса и зеленой листвы. Так просто, но так мило!
Словно бы в старой сказке, люди в праздничных одеяниях, проходили, не замечая старушку.
- Купите девушке цветы, - тихо обратилась она к Вадиму.
Он посмотрел на меня, и, не сказав ни слова, выкупил разом все букеты, собрав из них одну большую и пеструю, как турецкий ковер, охапку. Бабуля спешно собралась домой, пожелав своим «избавителям» любить друг друга. Этот яркий садовый букет еще долго украшал мою спальню, распространяя по комнате свой неувядающий осенний аромат.
Вадим бесшумно сел напротив, все еще не сводя глаз с телефона.
- Что-то случилось? – тихо спросила я.
Он очнулся от размышлений, и покачал головой.
- Да так! Зойка второй день температурит.
- Ого! – сочувственно произнесла я.
Упоминание о его семье, как всегда, всколыхнуло эмоции. И хотя за столиком мы по-прежнему были одни, показалось, что народу прибавилось.
- Рита, как обычно, истерит! – вдруг раздраженно бросил Вадим в сторону телефона. Тот уже лежал, виновато погасив экран, как будто извиняясь за непроизвольное вмешательство.
Пока я размышляла, стоит ли заострять внимание на этой реплике, он снова заговорил:
- Извини, наверное, не правильно говорить о ней сейчас.
Я, предвосхищая дальнейшие оправдания, заверила его:
- Не извиняйся, я хочу знать все, о чем ты думаешь. Ты можешь говорить мне все!
Он благодарно посмотрел на меня.
- Знаешь, - задумчиво произнес Вадим, - я ловлю себя на мысли, что она догадывается. И от этого как-то гадко…
Я застыла, боясь пошевелиться. Когда он вот так откровенно говорил мне о своих переживаниях, казалось, что мы становимся все ближе.
- Думаю, пока еще есть время начать все заново. Женщины выходят замуж и в 50 лет, - он пожал плечами. Потом поморщился, как от зубной боли, - Не могу представить ее с другим мужчиной. Но и с ней быть не могу. Это не честно!
Я впилась пальцами в меню так сильно, что лишенные лака ногти утратили последние признаки жизни.
- Ты все еще… ты… ее любишь? - спросила я и тут же прикусила язык. К чему было задавать вопрос о его любви к жене, когда я ни разу не спрашивала, а любит ли он меня!
Однако Вадиму мой вопрос не показался странным.
- Да, - спокойно ответил он и сделал паузу. И эта пауза тянулась целую вечность, прежде чем он продолжил, - Но по-другому! Как человека, как мать своих детей, как важную часть моей жизни. Нас многое связывает, и так будет всегда.
Я сидела, не смея поднять голову, цепляясь глазами за вышитые на скатерти вензеля. Потом начала считать их справа налево и наоборот. Такой бессмысленный счет всегда приводил в норму мою растревоженную нервную систему.
- Ань, - тихо позвал Вадим.
- Мне просто иногда кажется, - сказала я, стараясь, чтобы он не заметил, как кольнуло меня его короткое, но такое уверенное «да», - мне кажется, что ты однажды позвонишь мне и скажешь: прости, я решил остаться с женой.
Вадим улыбнулся, как будто услышал небылицу: