Чтобы она еще активнее стала меня сватать за Алекса?
Я подожду, что скажет Демид. Я верю, что он мне поможет.
Назавтра я первой выползаю на кухню. Хотя утро позднее, Кристина еще не спускалась, я даже не знаю, дома ли она. Хотя куда ей деваться?
Смотрю, одежда и ботинки на месте. Значит, дома.
И Алекс дома, машина под навесом.
Не успеваю поставить чайник, как снаружи гудит двигатель и сигналит автомобиль. Выглядываю в окно и с удивлением узнаю машину Демида.
Он поднимается на крыльцо, я бегу открывать. Ольшанский входит в дверь, и в прихожей сразу становится тесно.
— Здравствуйте, Демид, проходите. Я как раз чайник поставила, — зову гостя в дом, — будете завтракать?
При слове «завтрак» он болезненно морщится и качает головой. Или это от звука моего голоса?
Еще мне кажется, что я слышу легкий запах алкоголя, но этого конечно не может быть. Разве Демид сел бы за руль выпивший?
— Вы не выспались? — сочувственно качаю головой, глядя на его покрасневшие глазные белки.
— Да вроде того… — он снова морщится и придерживает рукой голову.
— У вас голова болит? — снова спрашиваю участливо. Он поднимает ладонь и чуть перебирает пальцами. Я так понимаю, что немного болит. И говорю уверенно: — Это давление. Сегодня видите как пасмурно.
— Ага, — медленно кивает Демид, — наверное. Магнитные бури… Я чего приехал. Лиза… — он запинается, как будто ему мучительно больно, даже глаза закатывает к потолку. Но все-таки продолжает. — Я вчера дал задание своим парням. Они пробили этого Алекса. В общем… за ним все чисто. В смысле, ничего такого за ним не числится, обычный бизнесмен, платит налоги, ни в чем замечен не был. Так что если ты думаешь…
— Демид, — перебиваю его, — мы вообще с вами не говорили об Алексе.
— Да? — смотрит он недоверчиво. — Но я же должен был пробить, чего он возле тебя вертится. Короче, если ты надумаешь…
Я смотрю и глазам не верю. Они что, все сговорились?
— Это все, что вы можете мне сказать, Демид? — спрашиваю холодно. — Я не могу на вас рассчитывать?
Ольшанский двигает челюстями, беззвучно матерится. Сгребает обе мои руки своими ладонями и заглядывает в лицо.
— Давай так. Я как долечу, я тебе позвоню, хорошо? Мы что-нибудь придумаем, — говорит он. Сжимает мои руки, выпускает их разворачивается и захлопывает за собой дверь.
Двигатель заводится, автомобиль разворачивается и уезжает.
Поворачиваюсь и вижу в зеркале Кристину, стоящую на нижней ступеньке лестницы.
Глава 24
Лиза
— Он отказался, — говорю громко, чтобы Кристина услышала. Хотя уверена, что она и так слышала весь разговор. — Так что можешь праздновать победу.
— Зачем ты так говоришь, — Крис выходит в коридор. — Просто, этого следовало ожидать. У Ольшанского семья, беременная жена, зачем ему проблемы?
— Хочешь сказать, на него надавили? Те бандиты, которые угрожали нам? — осеняет меня.
— Не обязательно, — качает головой Крис. — Он мог сам с ними встретиться. Они же все друг с другом знакомы, Лиза, не обольщайся. Ольшанский сам с криминалом не связан чисто номинально. А по факту был задействован на полную катушку.
Она подходит ближе, берет меня за руку и говорит очень горячо и проникновенно, глядя мне прямо в глаза:
— Послушай меня, прошу. Выходи замуж за Алекса и уезжайте. Он тебя отсюда увезет, и всем станет легче.
— Что значит увезет? — выдергиваю руку. — Я тебя не оставлю.
— Оставишь, — устало говорит Крис, — нам пора каждой начать жить своей жизнью.
— Я знаю, ты сейчас будешь меня провоцировать, но я не поведусь, — предупреждаю ее и беру куртку. — Просто оденусь и уйду гулять.
— Мы и так сейчас все время ссоримся, — говорит Кристина, глядя в пол, — нет необходимости ничего провоцировать.
Она разворачивается, чтобы уйти, и теперь я ее хватаю за руку.
— А ты перестань себя вести, будто я тебе чужая, — говорю, надеясь до нее достучаться, — хватит пытаться сводить меня с абсолютно чужим нам мужиком.
Крис поднимает голову, размыкает губы, словно хочет что-то сказать. Даже наклоняется ко мне ближе. Но затем отшатывается, вздыхает и качает головой.
И я понимаю, что это она не со мной разговаривает, а с собой. В одном Кристина права, обстановка в доме становится слишком угнетающей.
Мне больше не хочется спорить. Надеваю куртку, ботинки и выхожу во двор. И сразу сталкиваюсь с Алексом.
Мужчина стоит на нашем участке, упирается рукой в забор и курит, глядя на затянутое тучами небо. Увидев меня, тушит сигарету, выбрасывает в урну и идет навстречу.