Последнее она произнесла с особой ненавистью. Сказать, что я была в шоке от этой информации — не сказать ничего.
— Лара, извини, но твои слова звучат, как полнейший бред. Откуда ты вообще это взяла?
— Да все об этом говорят. А ты все прячешься где-то, я тебя поймать никак не могу. Наконец-то сказала.
Лара выглядела чересчур подозрительно. Да, она всегда любила сплетни, но и реагировала на них обычно в соответствии с настроением события. И, если сплетня о чем-то недобром, Лара переживала, пропуская все через себя. Новость, которую сейчас подруга мне сообщила, вряд ли имела что-то положительное, но Лара улыбалась, будто сказала мне не о чем-то мерзком, а о приятном и хорошем. Это крайне настораживало, и подругу я совсем не узнавала.
— Вообще ни от кого еще не слышала об этом. Если честно, я не верю.
— Поверь, скоро заговорят все, — с неприятным предвкушением проговорила Лара.
И она оказалась права. К вечеру почти в каждом разговоре студентов слышались различные подробности, связанные с мистером Альгероном. Кто-то говорил, что он уже несколько лет заманивал в свои сети студенток, обещая им успешное окончание университета за то, чтобы они проводили с ним время. Некоторые обсуждали Наиру, пострадавшую студентку, говоря, что та сама навязалась ректору, тот воспользовался ситуацией, начал девушку чем-то шантажировать, а она не выдержала и выпрыгнула из окна. Нескончаемый ворох версий витал вокруг да около, но все эти слова мне казались бредовыми.
Я подумала, что нужно будет обсудить новость с Итаном, но сначала хотела зайти в библиотеку и поболтать с Гвин. Правда, на пути меня остановил Берт.
— Надо поговорить, — он крепко сжал мое плечо и отвел меня в сторону.
— Я к Гвин спешу, давай как-нибудь потом.
Попытка увернуться провалилась неудачей.
— Никаких потом, — заявил друг. — Ты обещала рассказать обо всем, что узнала во сне, но тебе постоянно не до этого. А я, между прочим, помог тебе с планом. Раньше тебя ничего не останавливало поговорить с нами. Ты можешь вешать лапшу на уши Ларе и Дьюнону, говоря, что ничего интересного не узнала, но меня не проведешь.
— Мы не так давно знакомы, и ты меня плохо знаешь, я говорю правду. Лара меня уже сегодня допрашивала, поинтересуйся у нее.
— Мы знакомы достаточно, чтобы я мог понять, что ты врешь. Ты что-то знаешь.
Я так растерялась от давления Берта, что из головы резко забылись все существующие слова.
— Давайте позже все вместе поговорим, — наконец выдавила я, хотя не представляла, что именно собираюсь рассказать.
Берт кивнул, скептически оглядев меня, и пошел дальше. Я почувствовала облегчение от того, что хотя бы на сегодня эти разговоры окончены, и стремительно направилась к Гвин. К счастью, в этот раз она была на месте.
— Марта, приветик, — радостно поприветствовала меня Гвин.
— Как ты тут? Как Амелька? — поинтересовалась я.
— Наконец-то все прекрасно, доченька снова ходит в сад и даже почти не капризничает. Я хоть тут смогла завал новых книг разгрести. Происшествий, слава богам, больше тоже никаких не было. Сок пойдешь пить?
— У тебя там что, годовые запасы сока? — я улыбнулась, Гвин действительно всегда мне его предлагала.
— Для тебя всегда припасен, — подмигнула она.
Пройдя в ее кабинет, Гвин достала маленькие чашки и разлила нам апельсиновый сок. Периодически ей приходилось выходить в читальный зал, так как именно сегодня студенты приходили нескончаемым потоком. Из кабинета их было видно, но иногда им требовалась помощь. Гвин было только в радость ходить туда и искать нужные книги, выполняя свой долг. Когда она вернулась и, наконец, присела, мы продолжили разговор, который я плавно подвела к теме архива и проекта.
— Слушай, Гвин, а ты знаешь о каком-то проекте, которым у нас в университете занимаются?
— Конечно, — Гвин отпила сок, откинувшись на спинку стула, — сам ректор возглавляет его. Я не углублялась, но там что-то про влияние на энергию. Интересно, наверное, но я все-таки не научный сотрудник и не думаю, что могла бы там чем-то помочь, поэтому сама в нем не участвую и даже не лезу. Да и попасть сложно. Мне интереснее будет узнавать о результатах.
— А где этой работой занимаются? В архиве?
— Да, там есть отдельный кабинет, о котором не все знают, — пояснила Гвин. — В основном собрания проходят по вечерам, когда уже никто не учится и не заходит в библиотеку. Что уж говорить, даже я в это время домой ухожу.
— Как же они проходят туда, если ключи у тебя? — я надеялась, что Гвин не сочтет мои вопросы подозрительными.