— Я все узнала, — запыхавшись, заявила Лара и смотрела на нас, ожидая заинтересованной реакции.
Мы в предвкушении смотрели на подругу, и она начала рассказывать. Как мы и предположили, стражи прибыли по делу о Наире. Оказалось, когда она упала, им сразу об этом не доложили. Руководство университета побоялось делать что-то без ведома Альгерона, а с ним связаться не удалось. Конечно, если бы исход падения Наиры был печальнее, то об этом сообщили бы сразу. Но миссис Манфри предложила помочь Наире, и если ничего не получится, то тогда обратиться к стражам. Ее не все поддержали, но все равно такое решение было принято, потому что никто не хотел разбирательств. Сегодня стражи явились неожиданно для всех, их никто не звал. Кто-то донес об этом случае, но кто — неизвестно. Хоть Наира и очнулась, к счастью, но ничего не помнит, находится в тяжелом состоянии.
— И это далеко не самое интересное, — Лару распирало от эмоций. — В кабинете ректора провели обыск. И знаете, что там нашли? Костную муку. Представляете?
Мы с друзьями разом вздохнули от удивления. Все прекрасно знали, что это за вещь и в каких целях используется, и это знание не внушало ничего хорошего.
Костная мука — важный ингредиент в некромантии. Именно с его помощью темные маги вызывают мертвых. Самой мощной считается мука, сделанная из человеческих костей. Она строго запрещена, ведь это осквернение усопших. Но действия всех некромантов не отследить. Неужели наш ректор занимается запрещенной магией?
— Стражи взяли муку на экспертизу, — продолжила Лара, — и если выяснится, что это человеческая мука, то последствия будут серьезные. Все также всполошились, вспомнив про случай с общежитием. Помните знаки на окнах? Это же тоже имеет отношение к некромантии. Да и от присутствия могильной земли в университете не по себе было. Короче, об этом тоже стражам донесли. Теперь у них много подозрений относительно Альгерона, и им хочется с ним разобраться.
— Как тебе удается все узнавать и не попасться? — недоумевал Дью.
— А вот так! — Лара самоуверенно улыбнулась, скрестив руки на груди.
— Ваш ректор реально связан с некромантией? — спросил Берт.
— Нам бы это точно не сказали, — я вдруг вспомнила, что Итан знаком с мистером Альгероном дольше, и решила у него спросить. — Итан, ты знаешь Альгерона лучше, чем мы, судя по твоим рассказам. Тебе известно что-то об этом?
— Никогда не видел и не слышал, — мрачно сказал Итан. — Звучит сомнительно, потому что мой отец, скорее, мог этим заниматься. Это он хотел влиять на энергию в плохую сторону, что, в общем-то, и сделал, доказывая это.
— Но ты говорил, что между твоим отцом и ректором был разлад, а потом Артур подстроил ситуацию, из-за которой твоего отца отстранили, — вспоминал Берт. — Вдруг это как-то связано с тем, что Альгерон на стороне занимался чем-то противозаконным? Ты упоминал, что твой отец считал Альгерона плохим человеком. Почему? Что между ними случилось? Знаете, можно было бы предположить, что на самом деле злодей здесь ректор, а не Чейзен, и отец Итана справедливо хочет вернуть себе место. Кто-то из них скрывает правду.
— Согласен, так можно было предположить. И я бы предположил, если бы он не сделал то, что сделал, — Итан указал на свои глаза. — Я сам не понимал, кому стоит верить. В первую очередь, хотелось быть на стороне отца, особенно когда я видел, как он переживает. Мне было сложно поверить, что Артур — нехороший человек, но я это допускал. Однако, когда отец стал ставить эксперименты, я понял, что тут что-то нечисто. Он обвиняет Артура, а сам творит запрещенные вещи и хочет научиться негативно менять энергию. Я предположил, что мой отец врал мне про Артура. Альгерон всегда казался мне порядочным.
— Я бы в таком случае доверял только себе, — сказал Дью, — Итан, ты красавчик, что решил разобраться.
— А мне кажется, что все подстроено, — заявила я, — Чейзен телепат, поэтому в его руках много возможностей, как свергнуть ректора.
— Но к чему именно некромантия? — поинтересовался Дью.
— Не знаю, — я покачала головой, — может, так проще подставить, обвиняя в использовании темной магии. Вот если бы ты был на месте отца Итана, Дью, ты бы как поступил, желая занять место ректора?
— Отмутузил бы его, да и все. Зачем эти всякие сложности? — непонимающе воскликнул друг. — А то вот эти обвинения в некромантии, в домогательствах, еще что-нибудь… Зачем? По-мужски бы решили все и ладно.