— Искал самые трахабельные! Там трусов на целую роту! Вот бабы! Гляди! — я тоже обернулась, незаметно опустив платье. Не хватало мне, чтобы ещё и Арсен завёлся, этот пока не насадит меня на свой шампур, не успокоился бы.
Арсен подошёл и помахал перед нашими лицами стрингами состоящими из трёх ниточек и крошечного треугольника прозрачной ткани, сквозь которую будет видно всё и сразу.
— Надевай! — протянул их мне и задержал заинтересованный взгляд, будто тоже заметил изменения.
Снаружи дома раздался автомобильный сигнал.
— А вот и Расул, — Карим многозначительно взглянул на меня. Я спешно надела бельё и одёрнула платье, взяла с вешалки плащ и тоже надела, но не успела застегнуть, потому что старший брат жестом остановил меня. — Если Расул тебя захочет, любой захочет. Отдайся лучшему, Лиз!
И с этими словами он открыл передо мной дверь в моё кошмарное будущее.
Из огромного внедорожника с затемнёнными стёклами вылез мужик, покрытый татуировками, совершенно пугающего вида и сразу же оглядел меня цепким пронизывающим взглядом. Я сделала несколько шагов от двери, молясь, чтобы не упасть с высоченных каблуков.
На лице Расула появилась кривая плотоядная улыбка, и я почти сразу разглядела то самое желание, которое так хотел заполучить Карим.
Оставалось молиться, что это поможет мне выжить.
Глава 5
Меня сморило в дороге, мы так долго ехали куда-то полями и лесами, что однообразный вид из окна и бессонная ночь, отключили моё сознание без моей на то воли. Проснулась я, привалившись лбом к холодному стеклу и вжавшись в дверь внедорожника плечом. Но разбудило меня не это, а шершавая горячая рука, пробирающаяся по моему бедру под платье.
Я вздрогнула от испуга, увидев эту волосатую ручищу в татуировках, и сразу кинула взгляд на Расула, который сидел с довольным видом намного ближе, чем я помню. В моём сознании заорал мой же голос от невыносимого ужаса перед этим страшным мужчиной, но в то же самое время проникновенный хриплый голос Карима напомнил: «Если заподозрят в тебе целку, кинут работягам, одну человек на десять».
Это пробуждало получше холодного душа или ведра кофе. Единственный мой шанс выжить — это соблазнить чемпиона! Тогда есть шанс, что у меня будет всего один мужчина и я уцелею… более или менее.
О том, что этот чемпион такой же заключённый и может оказаться чудовищем похлеще Расула, я старалась не думать, потому что тогда у меня нет никакой надежды, никаких шансов. Тогда я еду в смертельную ловушку!
Я улыбнулась татуированному поставщику девушек и попыталась заставить свой голос звучать уверенно и без панической дрожи.
— Карим сказал, что я особенный подарок для чемпиона, — я попыталась положить ногу на ногу, чтобы он никуда не смог добраться.
— И что же в тебе такого особенного? — оскалился он и резко дёрнул бедро на себя, чтобы раздвинуть мои ноги, почти сразу придвинулся ещё ближе по сидению и дыхнул на меня сигаретным дымом с примесью алкоголя. Навис над моим лицом, будто сейчас укусит.
Мне стоило невероятных усилий не отшатнуться от него и не сжаться в комочек, прикрываясь руками. Всё, что могла, это кричать на себя внутренним голосом: «Соберись! Ты дорогая элитная шлюха! Ты профессионалка, за которую мужчины будут драться! А достанешься только лучшему!»
— Всё, — попыталась изобразить я уверенный и соблазнительный голос, обещающий рай на земле, — разве Акиев когда-нибудь подводил тебя в этом? — надеюсь, я не ошиблась, пытаясь разыграть карту покойного отчима. Его очень уважали в криминальных кругах.
— Хм, — криво усмехнулся он с сомнением, но рука из-под платья выскользнула, не дойдя до трусиков совсем немного. — Саид нет, а его щенков я ещё не проверял. Не знаю, достойны ли они своего великого отца.
— Я личная девочка Саида! — меня понесло в такие глубины лжи, что даже страх куда-то улетучивался. — Моего тела касался только он и не позволял никому другому даже глазеть на меня! Включая своих похотливых сыновей, как бы сильно они ни хотели! То, чему он лично научил меня, достанется только лучшему из лучших! Карим делает вам такой подарок в честь памяти своего… великого отца! — Я, внутренне содрогаясь и ожидая удара, взяла аккуратно пальчиками лапу Расула и сняла со своей ноги, — не оскорбляй этот подарок и его имя!
Расул прищурился, будто задумавшись, а я замерла в страхе, потому что если все, что я наврала далеко от правды, то меня сейчас ждёт самая жестокая расправа. Мне осталось только молиться, что умерший отчим сможет сделать для меня хоть что-то хорошее в этой жизни.