- Вы же написали, что он со всеми выпил, я и решила..
- Да нет, - задумывается заместитель. - Тоже не поняла, как, сама видела, как он не меньше бутылки приговорил учитывая, что практически все руководители мужики у нас. Но трезвый как стёклышко. Минут десять назад с ним танцевала спросил давно ли работаю, про семью, от него только духами вкусными этими, ну ты поняла, пахло. Старалась не начать его обнюхивать.
Когда новый директор вступил на должность мы сильно были удивлены, он читал все документы, что ему приносили на подпись. Прошлый подписывал, не глядя текущую работу. А наши должностные инструкции, которые мы составляем иногда даже не замечал, и они возвращались без подписи или мятые, как из Ж…, потому что он решил использовать их как салфетку.
Но Иванов возвращал документы аккуратными, всегда с пометками, вопросами, которые его волновали или замечаниями. Инструкции могли лежать у него по несколько дней и пропитывались его парфюмом. Когда нам возвращали стопку наших бумаг мы с Ольгой Михайловной просто утопали носом в них. Вот, что значит дорогой парфюм. Слюни капали прямо на документы. И я прекрасно понимаю, как сложно было коллеге не обнюхивать его.
Я немного перекусываю, стол ломится от закусок и горячего, шампанское льётся рекой, но я не очень его люблю с некоторых пор поэтому выбираю виски с колой, от пары бокалов ничего думаю не случиться. Оставшийся вечер мы болтаем с Ольгой Михайловной о ее детях, о планах на новый год. Я не планирую оставаться долго, завтра нужно собираться и в обед выезжать к родителям в этом году я праздную с ними. Неожиданно она замолкает и смотрит мне за плечо.
Из-за спины появляется светящийся костюм, не в смысле переливается лампочками, а светиться дороговизной и статусом.
- Разрешите прервать вас. Ольга Михайловна, я украду вашу сотрудницу.
Зам расплывается в улыбке и кивает.
- Конечно, конечно.
Я бросаю короткий и взгляд на женщину, та ободряюще мне кивает, не переставая улыбаться, улыбаюсь ей в ответ. Из головы вылетело, что он тут со всеми перетанцевал, одна я походу не танцованная осталась.
Дойдя до середины зала Иванов приобнимает меня за талию, а я вкладываю свою руку в предложенную им. Легко покачиваемся в такт музыке, рассматриваю его. Молодой, красивый, очень красивый. Возраст не больше 35, подумала бы, что благодаря папочке к нам попал, но по его замечаниям в наших докам мужик умный, а по слухам «с полей» спокойно может в своей дорогущей рубашке покопаться в деталях или станке. Наверное, наши молитвы были услышаны, и Бог послал нам нормального руководителя.
В танце я достаточно близко к нему и конечно же начинаю его незаметно нюхать, у меня на его запах непроизвольно слюна выделяется, рефлекс.
Сглатываю, чтобы не опозориться и не собирать слюни по подбородку. В этот момент Иванов наклоняется и задает вопрос.
- Составишь мне компанию на этот вечер? – я удивлено втягиваю воздух, от этого проглоченная слюна попадает в дыхательные пути, и я закашливаюсь. Хорошо, что на свою позорную голову быстро прихожу все себя
- Что простите? - может поняла, что не так. У Ольги Михайловны он про работу спрашивал вроде.
- В отель поедешь со мной? - перефразирует вопрос.
- По-моему это не слишком уместно. - пытаюсь мягко съехать с темы разговора, смотрю в его глаза, в них читается - победитель по жизни.
- Почему? - все-таки перебрал он, что ли с виски? - Ты красивая, я тоже, почему нет?
А самоуверенности у него не отнимать. Смотрю на него. Красивый не поспоришь, и слюна опять во рту собирается, и бокал виски колы были лишними.
- А работать мне потом как? Трахните, да уволите, а мне в компании нравится.
- Ну это уже от тебя зависит придумывать лишнее не будешь, работай.
- А если я трепаться буду?
- Девка ты не только красивая, но и умная, начальство тебя хвалило. Поэтому и выбор на тебе.
Что там Ольга Михайловна про меня напела, и ни слова же не сказала. Кидаю на нее свой взгляд, она болтает с зампотехом, смеется коза. А секса не было дохреналиард лет. И коктейль точно был лишним, всего один же.
- Я не против, - отвечаю, пожимая плечами. Если, что под бой курантов загадаю чтобы меня не уволили, хотя все равно не исполнится.