Пирс, адвокат Сола, попытался возразить.
— Доктор Льюис, вы можете с уверенностью утверждать, что эти травмы были нанесены моим клиентом?
— Я не могу утверждать, кто их нанёс, но могу сказать, что они не соответствуют травмам, характерным для автомобильной аварии.
Теперь очередь была за офицером Майлзом. Его свидетельство стало ключевым моментом.
— Офицер Майлз, — начал Грейсон, — расскажите, что вы узнали, когда прибыли в больницу для расследования травм миссис Робинсон.
— Я поговорил с ней. Она сказала, что попала в автомобильную аварию.
— И вы поверили её словам?
Майлз на секунду задумался, затем ответил:
— Нет, потому что в её словах не было уверенности. Я попросил её показать машину, на которой она попала в аварию, но её личный автомобиль был полностью цел, без единой царапины.
— Что сказала миссис Робинсон, когда вы указали на это?
— Она ответила, что взяла одну из машин своего мужа.
— И вы поверили ей?
— Нет, — честно ответил Майлз. — Я связался с мистером Робинсоном, чтобы уточнить детали, но он отказался говорить со мной. Сказал, что разводится с женой и не хочет ничего обсуждать.
Судья записал эти слова, а присяжные выглядели озадаченно.
Грейсон выпрямился.
— Спасибо, офицер.
Когда настала очередь Сола, он встал с той же холодной уверенностью, с которой просидел в зале суда, последние пару часов.
— Я любил свою жену, — начал он, и его голос звучал почти убедительно. — Но она разрушила нашу семью. Она изменила мне. Она поставила свои желания выше нашей дочери.
Грейсон тут же возразил.
— Ваша честь, даже если утверждения мистера Робинсона верны, это не оправдывает насилия.
Сол резко повернулся к нему.
— Я никогда не поднимал на неё руку!
— Тогда как вы объясните травмы? — продолжал давить Грейсон.
— Она сама всё это устроила! Она же призналась что попала в аварию, вы что не слышали что говорили свидетели?! Она хочет выставить меня чудовищем, чтобы забрать Рори!
Грейсон взглянул на Саманту, давая ей знак сохранять спокойствие и не паниковать.
Когда наступила очередь Саманты, она встала. Руки слегка дрожали, но её голос звучал твёрдо.
— Да, я изменила своему мужу. Но я не скрывала этого. Я пришла домой и рассказала ему всё. Я знала, что это разрушит наш брак, но я не хотела жить во лжи. Я попросила развод.
Она посмотрела на присяжных.
— Его ответ был ударом в лицо. Он выгнал меня из дома, запретил видеться с нашей дочерью. Всё, что я хочу, — это быть с Рори. Она мой смысл жизни.
Её голос дрогнул, но она продолжила:
— Измена — это ошибка. Но это не повод для насилия.
Когда все свидетели дали показания, наступил момент для заключительных слов сторон.
Первым выступил Пирс. Он говорил долго, запутанно, смакуя каждую деталь, связанную с изменой Саманты. Он повторял снова и снова, что она разрушила брак, что именно она виновата в том, что семья распалась.
— Уважаемые члены суда, — сказал он, обратившись к присяжным, — представьте себе, каково это для мужчины, который любил и доверял своей жене, узнать, что его обманули. Это не оправдывает насилие, но это объясняет, почему эмоции могли взять верх.
Грейсон спокойно выждал, пока тот закончит, и поднялся.
— Уважаемые члены суда, — начал он, — давайте разберёмся. Моя клиентка действительно признала свою ошибку. Она изменяла мужу. Но есть важный нюанс: она не скрывала этого. Она вернулась домой, посмотрела своему мужу в глаза и честно сказала, что произошло. Более того, она попросила развода. Это был акт честности, а не предательства.
Он сделал паузу, оглядев присяжных.
— Но что сделал её муж в ответ? Он не сказал, что им нужно время, не предложил обсудить это. Нет. Он поднял на неё руку.
В этот момент Сол фыркнул.
— Вы хотите что-то добавить, мистер Робинсон?! — спросил Грейсон, его взгляд острым ножом вонзился в Сола.
Сол покачал головой, его лицо оставалось непроницаемым.
— Тогда я продолжу, — сказал Грейсон. — Саманта не оправдывает своё поведение. Она готова нести за это ответственность. Но что мы здесь обсуждаем? Насилие! И что ещё более важно — её право быть матерью.
Судья объявил перерыв, чтобы обдумать решение.
Когда все вернулись, зал замер в ожидании.
— После рассмотрения всех доказательств, — начал судья, — суд постановляет, что на сегодняшний, миссис Саманта Робинсон получает полную опеку над дочерью.
Сол вскочил, но судья продолжил:
— А мистеру Солу Робинсону предписывается пройти курс по управлению гневом и держаться на расстоянии от бывшей жены. Однако, если вы, мистер Робинсон, не согласны с решением суда, у вас есть право подать апелляцию в течении тридцати дней. Решение может быть пересмотрено, если в процессе апелляции будут представлены новые обстоятельства дела.