Что ж, если быть совершенно откровенным, Северус ощущал себя приблизительно так же: одним источником дискомфорта стало меньше. Однако сказать об этом Лили было не совсем удобно.
— Видишь ли... — он потёр переносицу и нахмурился. — Мой отец умер.
— Северус... — немедленно погрустнела Лили и протянула к нему руку. — То есть... я не понимаю.
Лили прекрасно знала, какие «замечательные» отношения у них с отцом, но всё же ей, очевидно, было сложно понять его реакцию. На секунду ему даже почудилось что-то похожее на осуждение, мелькнувшее во взгляде подруги. «Жалеть она его, что ли, вздумала?» — с раздражением подумал Северус и поморщился:
— Если тебя интересует, я улыбался не поэтому.
— А почему? — осторожно спросила Лили, но её взгляд всё же немного смягчился.
«Из-за папочки я бы прыгал на месте и плясал от радости... — мрачно подумал Снейп. — Жаль, что не позволяют приличия. И жаль, что это всего лишь несчастный случай». Но вслух сказал:
— Из Гринготтса прислали уведомление, что я стал совершеннолетним. Досрочно.
— Поздравляю... — пробормотала Лили, но всё же её взгляд продолжал с тревогой скользить по его лицу. — Ты... с тобой точно всё будет нормально?
— Нормальней некуда! — отрезал Снейп. — Завтра съезжу на похороны — и всё.
— Поехать с тобой?
— Нет, Лили, конечно же, нет! — Северус даже схватился за голову от такой странной идеи. Видимо, подруга считала, что эта смерть его всё-таки задела: просто он не хочет в этом признаваться. — Поверь мне, в этот раз я в полном порядке. Мне не о чем горевать.
— Ладно, — пожала плечами Лили. — Но ты скажешь, если что-то понадобится?
— Скажу, скажу, — отмахнулся Северус и улыбнулся ей: — Я очень ценю твоё участие!..
...— Всё-таки пьяниц судьба бережёт, — вполголоса распространялась словоохотливая старушка-соседка.
«Авадить людей в публичных местах незаконно, даже если они съедают твой мозг по частям», — напомнил себе Северус. Снова поминки, снова снующие маглы в чёрном. Разве что их слегка поменьше. Меньше и еды — Северус потратил на этот фарс настолько мало денег, насколько вообще было прилично. Но разговоры маглов поражали его своим идиотизмом. Как можно назвать свёрнутую шею словом «бережёт»? Он что, умер, но не до конца? А соседка всё продолжала. Её монотонный надтреснутый голосок напоминал жужжание надоедливого комара, от которого невозможно было отмахнуться:
— ...когда моя тётка, Вирджиния — ну вы её не знали, она совсем была старенькая — упала с лестницы... На ней, бедняжке, места живого не было: сплошной синяк, так её о ступеньки било. А Снейп — мне муж говорил — без единого ушиба. Целёхонек, словно с горки гладкой скатился. Вот так-то, — назидательно добавила она.
Северус ходил между соседями, пытаясь выглядеть не слишком подозрительно. Его обычный мрачный вид вполне мог сойти за «сдержанное выражение горя». Конечно, ему было плевать на приличия, но... В конце концов, дом в тупике Прядильщиков теперь отходил ему, и совсем не обязательно, чтобы окрестные старушки считали его исчадием Ада и закапывали под углами дома посеребряные кинжалы, шепча при этом «изыди, нечистый!» Хотя... Снейп задумался. А почему бы и нет? Посеребряный кинжал — неплохой инструмент для лаборатории.
Первой реакцией на сообщение о смерти отца была злость: Северусу казалось, что Тобиас Снейп ушёл на тот свет безнаказанным. Северус в день смерти матери почти поклялся, что превратит жизнь «папаши» в ад, но... как ни глупо это прозвучит, но ему просто было некогда. Мародёры, лавка в Лютном, собрания Пожирателей, эта дурацкая история с оборотнем-Люпином... и Лили, главное — Лили. А теперь Тобиас Снейп был уже недосягаем для любой мести, даже его. Что мог Северус? Плюнуть на его могилу? Развеять прах? Поднять ночью труп отца из могилы и сделать из него инфернала? Чушь, какая всё это чушь. Тобиас мёртв, и с этим ничего не поделаешь.
На месте жгучего чувства ненависти, скручивавшего внутренности, стоило Северусу подумать об отце, осталась пустота. Но не зияющая и полная невысказанных эмоций, а какая-то чистая, звонкая пустота. Словно после генеральной уборки.
— Извините, могу я с вами поговорить? — Северуса взял под руку высокий темноволосый мужчина в элегантном деловом костюме.
Снейп даже успел подумать «наверное, адвокат», прежде чем до него дошло, где он раньше его видел. Перед ним стоял Адриан Нотт собственной персоной. Такой же естественный и непринуждённый в магловском образе, как и в любом другом.
— Ты уже подумал над нашим предложением? — сразу же начал Нотт, как только они вышли на крыльцо.