— Стриптиз-бара! — хором закончили Пожиратели со смешком.
Рядом с «Кружевницей» был едва ли не единственный магический бар мужского стриптиза, в котором никто из них не был, но зато все были наслышаны. А вот Мародёрам вскоре предстояло изучить бар изнутри и стать непосредственными участниками представления. Северус заметил, что Люпин страдальчески прикрыл глаза. «Нашего дорогого оборотня ожидает действительно необычный первый сексуальный опыт», — подумал Снейп и ехидно усмехнулся.
— Приворотное и возбуждающее? — коротко поинтересовался он, предусмотрительно не называя имён.
— Я даже не ожидал такой запасливости, — коротко присвистнул Адриан. — Но, разумеется, да. Действуй!
О, какое это было сладостное ощущение. Хотелось записать его, выжечь на страницах памяти и крутить перед глазами снова и снова! Снейп подходил к каждому из пленных Мародёров, зажимал им нос двумя пальцами, заставляя открыть рот, а затем вливал содержимое склянок прямо им в горло. Он чувствовал, как конвульсивно напрягались их шеи в попытке противиться и ещё раз мысленно благодарил Нотта. Казалось бы, что проще: наложить Империус, а уже после этого заставить выпить зелье. Но тогда не было бы этого сладостного ощущения власти, упоения победой. И мести, которая свершалась его руками.
Северус усмехнулся, и отошёл от пленников на безопасное расстояние. Нотт огладил древко конфискованной у Блэка палочки и коротко приказал:
— Империо!
* * *
— Том, закажешь переговорную с камином?
Бармен, приветливо кивнув постоянному посетителю, кликнул девушку-помощницу:
— Мери, проведи этих господ в 11 номер.
— Спасибо, Том, на тебя всегда можно рассчитывать, — улыбнулся Адриан, отсчитывая плату за получасовой разговор.
Оставив гриффиндорцев под дверями стриптиз-бара, Нотт, сопровождаемый Снейпом и Розье, направился прямиком в Дырявый котёл, ставший для Пожирателей чуть ли не официальным местом сбора. Нет, свои внутренние праздники сторонники Лорда, конечно, отмечали в поместьях кого-то из членов организации, но иногда выпадали события, которыми было грех не похвастаться перед всей магической Британией. Такие, например, как недавно утверждённый в Министерстве законопроект «О недопустимости насилия над детьми-магами со стороны родителей-маглов». И вот тогда Дырявый котёл наполнялся совсем не типичной для него публикой. Том к ним уже привык, а кого-то — как Адриана Нотта — запомнил достаточно хорошо, чтобы позволять называть себя по имени.
Что же до «переговорных», то так Том называл своё новшество. Редко у кого из волшебников было сквозное зеркало. Камины были распространены гораздо шире, но приличные господа, вставая на карачки и просовывая голову между прутьями каминной решётки, чувствовали себя, как минимум, идиотами. Идея предприимчивого бармена была проста — поднять в комнатах камины на такую высоту, чтобы перед ними можно было комфортно сидеть на стуле, опираясь локтями на своеобразный «подоконник». От клиентов не было отбоя.
И вот сейчас Нотт, закрыв комнату на ключ и сделав Снейпу и Розье знак молчать, подсел к камину.
— Редакция журнала «Ведьмополитен», комната D-5.
На том конце раздался удивлённый, но, судя по всему, всё-таки радостный вопль:
— Адриан, ты ли это? — после паузы, сменившийся более капризными интонациями: — Ты совсем обо мне забыл!
— Дейзи, ласточка, ну как можно? Ты не справедлива ко мне, я помню о тебе постоянно!
Розье, прислушиваясь к воркующим интонациям в голосе Нотта, едва не прыснул от смеха, но Снейп предусмотрительно зажал ему рот ладонью.
— Обманщик, — восхищённо выдохнула неведомая Дейзи и продолжила упрекать, как ей казалось, мило и кокетливо: — Тебе легко говорить: пропадаешь, появляешься, а я по-прежнему торчу в этом гламурном гадюшнике и пишу про свойства накладных ресниц...
— Я же говорю: ты абсолютно несправедлива! — пафосу и горячности Нотта в этот момент позавидовала бы даже Беллатриса. — Я пришёл, чтобы спасти тебя и дать пропуск в большую прессу!
Девушка на том конце камина заинтересованно затихла.
— Хочешь стать первой, кто опишет скандальные похождения «золотых хогвартских мальчиков»?
— Блэка? — восхищённо выдохнула Дейзи. — Или Поттера?
— Обоих, любовь моя! — провозгласил Нотт и, чтобы окончательно добить фантазию собеседницы, прибавил: — Бордель «Кружевница». И стриптиз-бар. Если поторопишься, успеешь как раз к концу стриптиза. И колдокамеру не забудь!
Послышался топот, сопровождаемый отчаянным повизгиванием и периодическим падением мелких предметов. Словно кто-то собирался впопыхах, то и дело что-нибудь роняя.