Робот. Ты просто робот, которого привела в Аард прописанная программа…
Гулдар покосился на Печать, кивнул удовлетворенно:
- Хорошо. Я так и думал. А если не думал, то догадывался. Вернее, мои кураторы догадывались. Мы пройдем.
- Пройдем? То есть ты хочешь сказать, что сами Темняки не знают точно, смогу ли я здесь пройти?
- Не знают. Предполагают. Твой папаша не оставил на этот счет точных инструкций. Ну а выйти тебя встретить торжественной делегацией тоже не могут – не знают точно, откель ты, болезный, приплетешься.
Однако почему у меня растет и усиливается впечатление, что все, что со мной происходит, происходит в точности по сценарию Рарота? Почему мое сердце колотится? Почему мне так страшно?
- Так и не сказал, какие тут опасности.
Варк хмыкнул, поискал глазами, указал куда-то вбок.
- Видишь?
Метрах в двадцати в туманной пелене лениво дрейфовало в нашу сторону что-то синюшно-мерцающее, некий сгусток размером с арбуз, от которого во все стороны расходились сотни тонких, голубовато сияющих нитей-щупальцев.
- Медуза какая-то…
- Угу. Это бродячее заклятие.
- Чего?
- Магическая энергетическая сущность, вернее – сущности, их тут дофига и больше, народившиеся после катаклизма. Они хищные. К счастью, дальше тумана не вылезают, иначе бедные бы все были…
Гулдар поднял камень и швырнул его в синюшную медузу. В туловище не попал, камень пролетел сбоку, но щупальца – вся сотня – тут же метнулись к нему, и, видимо, ухватили; сверкнула неяркая вспышка, будто в тумане кто-то баловался со смартфоном. Затем медуза продолжила неспешное движение в нашу сторону.
- Видал?
- Видал…
Лиенна произнесла что-то на своем языке, отнюдь не певуче, а жестко. Она часто повторяла это выражение в последнее время, особенно когда мы ночевали под одним одеялом, так что я и без ее уточнений понял, что это достаточно краткое эльфийское ругательство.
- Хана камешку, - сказал Гулдар. – Не бывать ему в раю – в японском саду камней. Он стал грустным и никчемным пеплом. Представь, если на это заклятие наткнется человек. Понял, нет, что будет?
- Да уж… - сказал я, пытаясь овладеть собой.
- Не «да уж» будет, а ля-ля-ля… Голимар-р, я слово на букву «ж» не могу выговорить даже! Уродом чувствую себя без мата, вот поверь, Игорек!
Я произнес это слово за него. Варк рассмеялся.
- Вот такие дела, - сказал.
- За дятла извинись.
- Та ну тебя! И хорошо, что эта тварь видимая и небольшая.
- А бывают незримые – и крупные?
- Даже исполинские. Ловчие щупальца вытянуты у таких на десятки метров. Им достаточно коснуться щупальцем живого создания, чтобы это создание аннигилировать, а энергии у них хватает, как ты видишь, чтобы испепелить даже камень, если тот вдруг начнет двигаться… А теперь представь, что будет, если такая тварь накроет отряд в сотню-другую человек? Или целую армию накроет?
- Да уж… И что, ты хочешь сказать, что эти… твари образовались случайно?
- Катаклизм. И стена, и гады летающие – все случайно появилось. Магические, видишь ли, флуктуации! Эта завеса продолжается примерно на километр в глубину Жабьего края и только Аард знает, как укрощать этих тварей…
Я промолчал. Что-то тут не сходилось, странно было, одним словом. Стена эта и твари, охраняющие остатки сил Тьмы, образовались от случайного стечения обстоятельств? Да так удачно образовались? Ох, не верю… Тут видна умелая рука… кукловода. Рука моего отца. Но не может же быть так, что он написал сценарий… моего возвращения незадолго до своей гибели? И какой ему в этом был прок? Месть Свету – пожалуй, а еще? Тут было что-то еще, что-то, чего я пока не мог уразуметь.
- А мы как пройдем?
Варк сдвинул могучими плечами:
- А без понятия, белый вождь. Ты главный, ты думай.
- Что велит твоя программа?
- Она велит привести тебя сюда. Дальше дело за тобой, белый человека… Хотя что я горожу: черный ты человека, да. Черный хитровылепленный вождь. Эти твари - порождения тьмы, возможно, они тебя признают. – Он глянул поверх моей головы: - Слушай, давай-ка поторапливаться, потому как бестеры будут здесь минуты через три, а ты помнишь, что и как они могут с нами сделать.
Я помнил, поэтому не мешкая подступил к туманной пелене. Медуза как раз поравнялась со мной. Я поднял ладонь с Печатью: флюоресцирующая тварь мигнула – и тут же, собрав щупальца в мерцающий пучок, унеслась к чертовой матери в глубину завесы, будто я репеллентом ее обрызгал.