Я обхватил себя за плечи: стало вдруг зябко, мерзко, неприютно.
- Ну спасибо, успокоил!
- Да не за что, заходи, коли что…
- Это твой пакет информации, да?
Глаза варка дружелюбно блеснули в полумраке.
- Конечно. Я выдаю инфу в ответ на твои вопросы. В меня закинули столько всего, что я и сам не могу во всем разобраться… Поспешно, торопливо запихнули перед тем, как выдернуть из Лимба много-много всего… Боялись, что Светлые перехватят. Я как ходячая энциклопедия мира Эквилирии, Брокгауз и Эфрон, только все перепутано в оглавлениях… Ты как себя чувствуешь, Игорь?
- Бодро!
- Голову не тошнит?
- Бодро, я сказал! – И, действительно, я чувствовал себя бодро, но в душе царила такая чернота, что словами не передать.
- Добренько. Значит, твой организм разложил яд упыря. Уничтожил.
Ну, хоть какие-то добрые новости. Хоть что-то.
- А я того… вампиром после укуса не стану?
Варк рассмеялся.
- Не станешь. Включи логику. Упырь это не вампир, это такая низшая кровососущая форма… Впрыскивает яд, парализует жертву, чтобы высосать всю кровь до капли, то есть – убить. Да и смысла нет здесь, в Киррахе, плодить вампиров – жрать тут, повторяю, почти нечего…
- Ясно, успокоил. Ответь лучше, добрый молодец, почему упырь напал на меня? Я ведь – главная нечисть и, следуя логике, младшие нечисти должны мне подчиняться?
Громада варка колыхнулась в полумраке, я снова услышал запах мускуса.
- Только не упыри. Они… как сказать… они простейшие формы зла. Аморфные. Разум отсутствует. Голод присутствует. Ну и кроме того… Смотри: местный упырь спит в песке, он годами может быть в спячке. Сохраняет энергию, ибо Киррах, как ты уже выучил, место голодное. Просыпается он когда рядом оказывается добыча, да и то не всегда… Этот вот был стар, пришел на драконье кладбище умирать – тут место такое, для упырей поганое, быстро на тот свет отправляет. Упырь в песок зарылся и, считай, впал в предсмертную кому, но кому-то… - Варк сделал ударение на «кому-то», значительно глядя на меня, - вот прямо захотелось узнать, как зовут Темного властелина. А имя Темного – повторяю для командиров танкового взвода папуасов – сопряжено с нитями силы этого мира. Не спрашивай подробностей, говорю же – семь лет несчастий, все такое.
- Другими словами, имя Темного пробудило упыря.
- И скажи спасибо, что он был один… Хотя вот я думаю: наследнику Темного владыки даже стая упырей не повредит. Ты для них ходячий яд. Ты для всех ходячий яд! – Варк запрокинул голову и хрипло расхохотался.
Я поежился. Не слишком приятно сознавать, что твоя кровь ядовита, пусть даже для таких омерзительных тварей, как песчаные упыри. А для Света я яд в переносном смысле…
- И еще, - продолжал варк, - ты наследник, но, как бы тебе сказать, не вступил во владение наследством. Нечисти могут тебя признать, а могут – не признать, до тех пор, пока основной блок в мозгу не раскодируют, а это могут сделать только в Болотном замке.
Печать на ладони вдруг налилась теплом, я поднес ее к глазам и увидел, как гаснет багровая вязь символов.
- Сергей, тьфу, Гулдар! Кажется, Печать немного зарядилась!
Варк резко перестал смеяться и задумчиво потеребил подбородок. Глянул на меня – потом на упыря, и так несколько раз.
- Хоб-хоб-хоб… Смекаю, смекаю…
- Что смекаешь? Говори прямо!
Гулдар ткнул пальцем в упыря, видневшегося в полумраке тускло блестящей грудой.
- Печать набрала сил от смерти нечисти.
Значит, Печать впитывает энергию смерти… Я повторил это вслух. Варк согласно гугукнул.
- Точно так. Вернее не так: магию она жрет и энергию смерти. Два вида энергии, стало быть.
Я выругался.
- Теперь осталось узнать, от кого она питается: только от нечистей или от кого угодно… Не хочу я таскать при себе такое оружие, вот просто – не желаю. Это же… аморально, скверно, хреново!
Гулдар лязгнул клыками.
- Хреново, Игорь, то, что мы в Киррахе, и не знаем, как выбраться. А Печать – это твой пропуск наружу. По крайней мере, для одного. И я тебе так скажу: вот сейчас от такого ништяка и я бы не отказался. И плевать мне, от чего он набирается сил.