Над полем стоял гомон сотен голосов, шорох ног, чей-то злобный хохот.
- Ну, понял, чего будет? – прошептал Гулдар.
- Да уж не дурак…
- Те что ближние – это мой клан, Браэрран. А противостоит ему Дрохк-арр. Драться будет молодняк.
- А за их спинами кто?
- Старейшины, вожди, шаманы и матерые варки… Я уже матерый, считай, должен был просто смотреть… Хоб-хоб-хоб, я же и буду смотреть. Точно! Ну да, я ничего не потерял… Те, что с перьями, как папуасы, это шаманы, видишь? Самые крупные и плечистые – главные вожди, им много годков, есть даже сорокалетние… Ну и матерые – вроде меня, двадцатипятилетки…
Поле вдруг накрыла звонкая тишина. С купола небес зловеще скалилось розовое солнце.
- О, - шепнул Гулдар. – Начинается… И правда, чего время зря терять, завтрак скоро… Костяные ножи запрещены, поскольку животы вспарывают и жертв много делают. Драться можно только дубьем, так что трупов много не будет.
- Хок! – яростно выкрикнул кто-то из клана Браэрран и ударил себя в грудь.
- Хок! – залихватски выкрикнули ему навстречу из клана Дрохк-арр.
- Хок! – подхватили сотни глоток по обе стороны невидимого барьера.
- Хок! Хок! Хок! – заорали уже все варки и начали маршировать на месте, гулко колотя себя в грудь. Я почувствовал, как мелко вибрируют пески Кирраха, и испугался, что часть бархана соскользнет от звуковых волн, как случается со снегом в горах.
И вот после краткой крикоподготовки оба отряда помчались навстречу. Взметнулись дубины…
Я на секунду зажмурился. Не думал, что увижу такое.
- И да начнется смертный бой! – возгласил Гулдар.
И бой начался. Варки сошлись, смешались. Почти сразу же унылую серо-желто-зеленую палитру схватки начали расцвечивать частые малиновые пятнышки, пятна, пятнищи, кляксы, как от битых о землю спелых помидоров… Кровь варков была вполне себе человеческого цвета. Грохот ног, треск костей и ломаемых о крепкие черепа дубин доносился так явно, словно я восседал в середине рядов кинотеатра под звуком Dolby Digital. Это было такое чертово объемное звуковое 3D, что меня помимо воли затошнило.
Варки дрались истово, над полем неслись свирепые возгласы. Постепенно клубы соленой пыли окутали побоище, солнце просвечивало ее, окрашивало младенческим румянцем.
Никто не отступал. О, нет, я увидел, как выскочил к матерым и шаманам Дрохк-арра варк с синей нашлепкой. В кулаке у него был измочаленный обломок дубины.
Не помня себя, по-видимому, в паническом страхе, он подбежал к своим, но был встречен сразу тремя дубинами. Матерые варки обступили его, дубины взметывались и опускались, и я был счастлив, что не вижу за массивными спинами варков разыгрывающейся сцены.
- А правильно, - сказал Гулдар, проследив мой взгляд. – Нечего убегать. С трусами – только так. Бывают они и у нас, бывают… А потом не бывают. Совсем не бывают.
Вдруг шаман клана Браэрран воздел костяной жезл и тонко заверещал. Его визг подхватили со стороны Дрохк-арра. Бой сразу же прекратился. Варки, только что залихватски дубасившие собратьев, мгновенно прекратили драку и начали разбирать и выволакивать раненных, причем оба клана действовали совместно, часто раненного тащили из-под кучи оглушенных и мертвых варков совместно бывшие соперники.
- Утилизация лишней биомассы, - проронил Гулдар.
- Чего?
- Бой, говорю, это утилизация лишней биомассы. Еды здесь мало, Игорек, и когда в оазисах нас, варков, становится полна коробочка, вожди и старейшины устраивают такие бои. Ты не думай, трупов тут не очень много, процентов десять от общего количества, у нас кости-то крепкие, очень крепкие, и сами мы выживабистые, тьфу, или как там сказать – раны и кости сломанные зарастают быстро. Главное, чтобы ножики и кинжалы в ход не шли… Они у нас разрешены только для индивидуальных поединков. – Он посмотрел из-под козырька ладони. – День сегодня урожайный. Трупов будет процентов двенадцать.
Меня передернуло. Печать меж тем молчала. Ну, и слава богам, значит, она не питается от энергии смерти вообще, а только от магии да смерти нечисти, иначе сейчас я ощущал бы себя каким-то чертовым некромантом, а это было бы куда хуже, чем чувствовать себя сыном местного Темного властелина.
- А что вы делаете с трупами? Съедаете?
- Хоб-хоб-хоб! Ты нас за варваров-то не считай, мы своих не едим! Кодекс чести свой имеем. Закопаем в оазисах, пойдут на удобрение для чеббры и других агрокультур. У нас без дела ничего не лежит.