Башня сложена из крупных черных, лоснящихся глыб, с плоской, не зубчатой крышей. Под крышей виднелась широкая арка окна – черное око без зрачка. Оттуда, надо полагать, бьет дезинтеграционный луч.
- Видал? – Гулдар показал пальцем-бруском в сторону окна. – На крыше накопитель солнечной энергии, кристалл невероятной мощи. А ниже - за своим бластером голем, хоб-хоб-хоб, и бдит он неусыпно. Глаза-линзы, магическое бинокулярное зрение – видит даже в нощи аки тать. Все видит. Всех видит. Без его ведома даже под кустик не присядешь… - Гулдар оглянулся. – Впрочем, кустиков тут и нет...
Я поежился.
- Нас уже заметили?
- А то! Он, голимар-р-р, глазастый тип. Тупой как пробка, с одной извилиной, но глазастый. Пока мы ему не опасны… Он, ты пойми, как робот с простейшей программой – никого не выпускать. Начинать стрелять с такого-то расстояния. Расстояние мы, варки, за триста годочков точно выведали… Все, шабаш, начальник. Тут будем сидеть и думу думать. Надумаем – выйдем. Не надумаем… - Он показал на цепочку наших следов. - Значит, дождемся моего клана и мирно сдохнем.
Мы присели в небольшой выемке, выпили остатки воды. И начали думать, а часы в это время тикали, отмеряя остаток наших жизней. Я перебрал несколько абсурдных вариантов, затем спросил:
- Значит, говоришь, подкоп у нас не выйдет?
- Не смеши, Игорь. Подкоп в километр? Во-первых, нет времени. Во-вторых - тут песок и ничего кроме песка. Песок слишком сыпучий, так что туннель просто так не вырыть – его обшивать надо горбылем, крепи-бревна ставить – столько дерева в оазисах не наберется. И туннель должен быть в два раза шире, чем для людей, а значит, и дерева в два раза больше.
- Логично.
- И тяжело. Укрыть такую работу нереально – в любой момент может прилететь драконий патруль, а у них магическое ночное зрение. Думаешь, варки не пытались подкапываться? Еще как пытались. Все за это поплатились жизнями… Так что нет, увы и ах, никакого подкопа. Но можно просто закопаться в песок, как в том анекдоте, привыкать к земле… Повторяю: никто не может выйти из Кирраха.
- А как драконий патруль? Они ведь покидают Киррах?
- Пропускной амулет для голема, босс. Все просто и легко.
- Но не для нас.
Варк зевнул с деланным спокойствием.
- Нет, не для нас.
- Разжиться бы амулетом…
- О, пытались, делали засады на патруль… Беда в том, что драконы чуткие твари. Они никогда не сядут там, где засада в песке. Чуют своим магическим нюхом. А потом запекают варков в песке, как карпа в соли.
- Значит, голем видит ночью и днем, и мертвых зон у него нет?
- Никаких мертвых зон. Даже в дождь и в пыльную бурю он все видит.
Найти бы баг программы, подкопаться под извилину голема, но только как??? Баги должны быть. Должны быть логические ошибки. Ну просто обязаны быть, я уверен в этом!
Я бросил взгляд на Печать. По-моему, осталось единственное средство – проверить, как она работает. Но я-то выйду за периметр концлагеря, а Серега-Гулдар? Ладно. Сначала нужно попробовать, а там будет видно. Возможно, Печать, все же, сможет сгенерировать сферу достаточной ширины, чтобы в ней поместился и мой товарищ.
Набравшись смелости, я вскочил и только примерился шагнуть вперед, уверенный, что Печать защитит меня от дезинтеграции, как рука Гулдара мощным рывком бросила меня на дно выемки:
- Лягай! Да нишкни! Напоролись на драконий патруль, легки на помине! Если засекут – прибьют враз. Меня уж так точно!
Где-то сбоку, в вышине, послышалось мерное хлопанье крыльев, ломаная тень пересекла нашу ложбину, на лицо мне посыпались песчинки.
Я лежал тихо, а Гулдар все же скользнул к срезу ложбины и осторожно выглянул.
- О как… Хоб-хоб-хоб! Смертничка привезли… И еще что-то. Не пойму чего… О, да не смертничка… - Он лязгнул клыками. - Это же дефицитная эльфийская баба! Живая и связанная… – Он хлопнул себя по животу. – Будет что покушать, наконец, перед смертью!
Глава восемнадцатая
- Это ты так шутишь, надеюсь, - тихо сказал я.
- Шучу, босс, шучу, только девчонка все равно не жилец… Киррах все приберет…
Изнутри вдруг плеснуло яростью, я сел на дне ложбины.
- Аграшт анкхар дирзель граумпф! – взревел я, правда, вполголоса.
- Ась? – Гулдар выкатил на меня взгляд.
- Торен шаггр арт фагрр шагрутт! Никто никого больше есть не будет!
Ярость внутри вспухла, заколыхалась раскаленным багровым клубком, из сердцевины которого, так казалось, на меня кто-то смотрит. Очень пристально смотрит. Со значительным интересом. Пришлось собрать всю силу воли, чтобы погасить вспышку. Постепенно клубок внутри меня увял, растаял, а вместе с ним пропал и внимательный взгляд, изучавший меня изнутри, ползавший по моим мыслям.