А неподалеку от охотников на нечисть, неслышные, невидимые, ковыляли бывшие подданные моего отца… Трусливые, жалкие, трухлявые. Но бестеры были слишком увлечены охотой на сына Владыки, чтобы их замечать.
Лиенна дернула пальцем ошейник, будто он уже начал ее давить по указке охотника на нечисть. На высоком лбу выступила испарина. Посмотрела на меня, губы что-то безмолвно произнесли, но вслух сказать это не решилась.
Я снова выглянул в брешь. Бестеры шли неторопливо, уверенной поступью загонщиков, у которых все тип-топ – зверь загнан и покорно ждет охотников.
- Этот дым неспроста, - промолвил Гулдар, нависая живой горой со спины. – Это они, босс, пустили в ход рауст крейг, заклятие такое, хоб-хоб.
- Дым?
- Магический. Этот дымок замедляет подлетное время стрел и боевых заклятий, замедляет движение чужого железа. Так что у бестера есть большой шанс увернуться, если в него чем-то магическим пульнут или, скажем, попробуют стрелой приколоть или копьем.
- И мечом?
- Конечно.
- Блин!
- Да только те мечи, что ты у бестера слямзил – они не стальные, они из серебра, для нечистей мечи сделаны... Их заклятие не удержит. А вообще они своего подельника мертвого нашли и немного струхнули. Думают, что у нас козыри в запасе… Только какие у нас козыри? Битый кирпич, разве что… Вот кирпич рауст крейг не остановит. Бестеры нас не то чтобы боятся, но – опасаются… Усилили свою защиту, понимаешь ли… Вдобавок к ловчим сферам, блин!
Стало мне не то чтобы страшно, а скорее – мерзко. Мерзко от безысходности. Какие-то модифицированные психи, выкормыши извращенного Света, который давно уже и не Свет вовсе, порубят меня сейчас на форшмак, как ни вертись. Вернее как – вертеться-то мы все будем, да толку… Ручной огнемет спит и в ус не дует, а без него нам не отбиться…
- Крамалкин?
Спит, как ни дергай. Только недовольно ворчит, бурчит, сопит в две щенячьих дырки и сильнее натягивает на свою бульдожью морду крыло. Пахнет от него горячим воском, и какими-то химикатами – но не противно, нет, странно пахнет. Так же странно теперь пахнет моя футболка, испятнанная дырами и подтеками. Я взмокший, грязный, усталый, злой… драконий папа.
Печать молчала.
- Ну что, - сказал Гулдар негромко, снова выглянув наружу. – Давайте начинать помалу. Ваша Божественная Тень, соблаговолите занять место во-он у той прорехи…
Во мне колыхнулась тьма, пришлось сжать зубы, чтобы угрозы на траше не прорвались и снова не открылся страшный сосущий колодец...
- Серега, тьфу, Гулдар – не смей меня так называть. Это приказ, ясно? Я - человек, человек, усек? Нет во мне Тьмы, а если и есть – то не такая она изуверская!
Орочьи глаза-маслины взглянули на меня серьезно:
- Понял, босс, прости, каюсь... Быть тебе Каем, последним из Бруннен-Джи. Был в том сериале такой борзый покойничек*… Так лучше звучит?
- Выпорю тебя при случае, - пообещал я, снял с плеча перевязь, вытянул один меч из ножен и протянул Лиенне. Второй взял себе. Уныло помахал им в воздухе на манер бессмертного МакЛауда с его катаной. Если бы я знал еще, как с мечом обращаться! Он, кстати, и был похож на катану – узкий, чуть изогнутый, с круглой ажурной гардой. Клинок и правда блестел серебром – матовый, весь в узорах, колдовских писульках, небось, призывающих Свет на голову жертв.
Лиенна держала меч острием к низу, как бесполезную палку. Не было в ней, похоже, боевого огня, или просто безысходность придавила… Сознавала, что и ей конец, и всем нам.
- Игорь… - произнесла она беспомощно, подняв на меня глаза, - я оцарапала ноги…
Обращается ко мне как к своему мужу или парню. Ой, знакомые интонации... Они у женщин прорезаются, когда дела совсем плохи и вот-вот грянет истерика. И чем я могу ей помочь? Одолжить свои кроссовки? Меня идут убивать, между прочим. Не ее, меня! Но в ступоре отчаяния женщины обычно фиксируют внимание на каких-то странных деталях, не имеющих отношения к делу, а потом ка-а-ак включают слезодавильный аппарат...
Я не придумал ответа умнее, чем сказать глупейшее:
- Позже. Лиенна, это позже. Соберись. Ты можешь.
Сказал и подумал: а я? Я могу?
Наверное да. Пока живу – надеюсь. Пока дышу – борюсь. Не трусливый же кролик я, в самом деле? Черт, кому вру, конечно, кролик, и именно что трусливый. Дали бы нору – я бы туда забился и вход завалил камнем.
- Игорь, - подал голос варк, - а ты с мечом умнее выглядишь. И даже будто подрос немного. Но кромку пальцами не ласкай – она протравлена ядом.