Глава тридцать девятая
- Обратная сторона утопии магов, - сказал Гулдар задумчиво. – Сюда и только сюда попадают именитые граждане галактики. В первый круг рая, так сказать.
Беллиам охраняла стальная вороненая решетка высотой в три метра, как водится, с пиками. За ней до самых окон-амбразур – а на всех этажах они были именно такими, «прищуренными», как змеиные зрачки, раскинулся парк со странными деревьями. Они были похожи на застывших эпилептиков; кроны со странно изогнутыми ветвями прижало к самой траве, сквозь жидкую красновато-зеленую листву просвечивали стволы, не ровные, а идущие волнами, будто просели под тяжестью крон. Какой-то сюр…
Перед беллиамом – пустынная, чистейше выметенная площадь, окруженная неприветливыми домами. А вот сюрприз – меж домов, близехонько совсем – уставилась на меня сотней глаз – расположенных на разных уровнях - башня мага-аудитора.
Гулдар крякнул, выругался невнятно, оглянулся.
- Босс?
Я ощутил растерянность, указал на желтый дом:
- Черт его знает, Печать туда тянет.
- Уверен?
- Да тянет, говорю тебе!
- Тянет-потянет, вытянуть не может. Ты соображаешь, что нас загнали в ловушку? Мы от реки теперь дальше, чем были?
- Соображаю…
- Голимар-р-р! Ну пойдем… не понимаю… Точно тянет в психушку?
- Точно.
- Хоб-хоб-хоб! А если ложные позывы?
- Тогда мы пропали.
- И я о том же! Нет, придумал тоже – в психушку к чародеям… - Он крутанулся на месте, бросил взгляд за наши с Лиенной спины. – А впрочем… поздно. Нас уже прижали. Теперь только вперед.
Я мельком оглянулся, увидел горсть теней в ста метрах ниже по переулку, тут же сграбастал ладонь эльфийки и кинулся к беллиаму. Гулдар обогнал, ругаясь всеми придуманными матюгами, дубина на плече прыгала.
Беллиам стоял к нам наискосок, виднелся торец здания и часть переднего фасада, и крутые скаты черепичной крыши, утыканной квадратными приземистыми дымоходами. Печать упорно тянула туда, к фасаду, насколько понял, к главному входу. Черт его знает - зачем. Черт его знает – для чего.
- Гулдар, в беллиам можно попасть?
- Без пропуска, босс?
- Без.
- Легко. Стань чародеем-еретиком, усомнись во власти бессмертных, подготовь переворот!
Прохладная тень фасада упала нам под ноги. Вблизи деревья-эпилептики действительно чем-то напоминали людей, скрывших свои кричащие, искаженные болью лица за ветвями-руками.
- Брось ерничать, просто скажи.
- Попадем. Даже прищурившись, попадем куда надо. Размер поможет. Двери я выбью, поверь. Но что дальше?
И правда – что?
Крамалкин в торбе заворочался, квакнул, зачавкал остатками индюшки, испеченной Гулдаром несколькими часами ранее. Погоня там или не погоня, обед у него был по расписанию. А потом десять часов здорового сна. Все как полагается младенцу. Я надеялся, что огонь в его утробе снова наработался, что по крайней мере на один огненный плевок его хватит, ежели его маме-папе в моем лице будет угрожать опасность.
Снова оглянулся.
Дальний конец переулка, откуда мы начали бегство к психушке, заслонили фигуры. Они выскочили на свет, я увидел нескольких человек, и, кажется, карлика, в том смысле что карлик больше походил на хоббита – кряжистого, приземистого, чем на обычного человека низенького роста. Впереди бежал чернокожий амбал зверского вида, наряженный в блестящую кольчугу. В руках его отблескивала сотней серебряных нитей сеть – видимо, непростая. Как раз мой размерчик…
Гулдар оглянулся, сказал быстро, но без одышки:
- Черный бармалей – знаменитый ловчий и убийца нечистей – Кеврин из Рао, хоб-хоб-хоб. И другие прочие не лучше… Вперед, не менжевать, там шатия еще та!
Плечи Кеврина в ширину были, пожалуй, как у Гулдара, и если и был он чуток легче – то ненамного. За ним поспешал вприпрыжку тот самый карлик с каким-то длинным шестом, на конце которого отблескивала – чертово серебро! – серповидная загогулина. Прочих я не рассмотрел, снова побежал, а когда оглянулся вновь, к ловчим прибавилось еще два человека – толстяк и высокий старик с нечистой бородой и острым, пронзающим даже на расстоянии сотни метров взглядом, которого я… вроде бы где-то видел. Да на Земле же и видел, хоб-хоб-хоб!
- Бородатый хрыч в шляпе, кто он? Я видел этого человека на Земле.
- Он не человек, босс. Бессмертный. Местный чародей. Черный Гэндальф, чтобы ты понял лучше. Пульнет в тебя заклятием – станешь красивой картинкой на стене. Спасибо скажи, что пока он далеко!