- Дай нам пройти, друг, - сказал Несбет.
- Хорош друг! – хмыкнул Гулдар. – Нет, это не дежурный негодяй… это похуже… А я думал просочимся… как свободные электроны…
- Друг! Друг! – продолжал взывать Несбет.
Сгусток впереди не сдвинулся. Все так же покачивался, нависая надо мной. Я вдруг увидел интересное: в белесом брюхе сгустка медленно открылся длинный губчатый прорез, за которым виднелся ряд редких, игольчатых, загнутых внутрь зубов.
- Вагина дентата, - шумно выдохнул Гулдар и сбросил с плеча дубину. – Это не жалкая фольклорная фауна типа бегемота… О госпожа, я готов всем пожертвовать ради наших редких встреч… Даже своей головой, мне то что – новая отрастет… наверное… Босс, дорогу молодым. Эта баба не про тебя. А я тот еще ходок… Если его… ее сброшу, бегите. Если сброшу.
- Что это? – Я не мог придумать вопроса глупее.
- Ловчий сегмент.
- Как?
- Ловчий сегмент твари, что живет тут, внизу, в коллекторе. Прелестная малютка. Она слишком велика, сегменты – автономные части ее тела, приносят ей пищу и иноформацию... Вот с кем старик общался, вот его закадыка… Обычно сегменты ее кормят, и она мирная… Относительно мирная, но…
- Ты знал, что ли?
- Обижаешь, босс, я энциклопедист. Вольтер. Жан-Жак Руссо!
- И что?
- Думал, проскочим.
- Не вышло.
- Не… Она тебя учуяла. Она, знаешь, обитала в Штромхолде до того, как там воцарился твой отец.
- И что?
- Бежала оттуда.
Все стало ясно.
- Она чует кровь Владыки, я родич, она на меня зла.
- Не исключено, босс. Не исключено.
- Разумная, видимо.
- На свой лад, босс, на свой лад.
Несбет протолкнулся к нам, выставил перед собой раскрытые ладони.
- Дай пройти, друг! Дай пройти! – Растерянный, разочарованный взгляд на нас. – Почему-то не хочет пускать…
Я знал, почему.
Слишком долго тварь ждала случая поквитаться с Темным.
- Босс, я иду!
- Нет! – А что еще я мог сказать? Отправить друга на смерть вместо себя?
Растерялся. Правда, растерялся. Не знал, что делать. Все-таки я обыкновеннейший человек. Самый стандартный.
Взметнулось толстое щупальце – оплело мост перед нами. Еще одно – оплело мост за ловчим сегментом. Щупальца воняли тиной. Кажется, кракен под нами решил просто обрушить остатки моста вниз, чтобы закрепить месть поеданием сына Темного владыки. Наверное, я могу включить защитную сферу, даже если кракен меня поглотит, и какое-то время она будет действовать внутри желудка твари… пока энергия и кислород внутри сферы не закончатся.
И так и так – смерть.
На площадку позади нас выскочил огромный черный человек с клинком и сетью из мелких серебряных ячей. За ним – карлик с длинным посохом, что кончался стальным серпом-загогулиной. И еще несколько… Черный – скорее, уроженец местной Полинезии, судя по чертам жесткого лица – увидел сгусток и выкрикнул что-то матерное. Сгусток немедленно поднялся на щупальцах, с чавкающим звуком распахнулась пасть. Черный ахнул, метнул в сгусток сеть. На площадку начали выскакивать еще люди, поднялся крик.
В мое ухо вдруг мокро ткнулся нос дракона. Он влез на плечи, расправил крылья, судя по звуку и разразился речью, не знаю, как иначе передать рой клекочущих звуков, вылетавших из его рубленой, совсем не похожей на драконью пасти. Я не мог поверить – крамалкин обращался к ловчему сегменту, к твари обращался! Речь его была быстрой, яростной, рой звуков пролетал над моей головой, перекрывая шум воды. Ловчий сегмент застыл, выпуклый глаз взирал на крамалкина неподвижно. Я понял, что тварь… слушает, что сегмент передает речь крамалкина вниз, в скрытый под водой мозг существа.
А позади творилась мясорубка. Я слышал вопли, рыки, звон железа и звуки рвущейся ткани – так трещит распарываемая чем-то острым плоть… Хотя откуда мне знать? Кажется, это часть знаний, которые вложил в меня Аддизар.
Крамалкин был сердит, он верещал, пребольно впившись в мои плечи крохотными коготками. Он убеждал. Он твердил. Он настаивал.
Помимо воли, я скосил взгляд вниз, в пучину вод. Там, в кипящей бездне, виднелось нечто гигантское. Слепое, глухое, целиком полагающееся на свои сенсорные отростки. Огромный массив плоти… непредставимо огромный…
Мой дракон завершил речь длинным молодецким посвистом и юркнул в мешок, эдакий самоуверенный малыш… Ловчий сегмент помедлил, раскачиваясь на отростках, а затем легко перемахнул нас, оттолкнувшись этими отростками, как пружинами, и запрыгал к месту схватки. Титанические щупальца скользнули вниз. Путь был свободен.