Я также слышал, что в Гиляне, еще одной стране на юге Абескунского моря, проживает племя, основной пищей которых является рис, от которого исходит аромат мускуса и что женщины Гиляна — самые красивые и самые изящные среди всех женщин мира, и, возможно, это потому, что они питаются тем удивительным рисом, издающим тот необычайный аромат.
(Пояснение — переводчик расспрашивал на эту тему сегодняшних уроженцев Гиляна, выяснилось, что в старину в Гиляне действительно можно было встретить рис, называемый «амбар-бэрэндж», что переводится как «рис, благоухающий амброй», возможно, что именно этот сорт риса и имел в виду Тимурленг — Переводчик.)
Также я слышал, что в еще другой стране к югу от Абескунского моря, которая называется Талэш, живут мужи богатырского облика с длинными волосами, достигающими ниже колен, носящие шкуры животных, они ездят верхом на огромных диких оленях или впрягают их в свои повозки, днем и ночью их сопровождают свирепые псы, размером в доброго осла, и что никому по сей день не удавалось покорить их. Мне захотелось отправиться в те края, чтобы воочию убедиться, на самом ли деле там живут племена таких сильных и красивых людей, и удастся ли мне присоединить те страны к своим владениям. Зимними вечерами я вел долгие беседы с приближенными о том, как лучше организовать войско, особо подчеркивая необходимость организации постов голубиной почты по всем направлениям моих передвижений, которые будут средством доставки вестей в Самарканд. Одной из положительных сторон голубиной почты было то, что если на моем пути назад возникнут какие-то препятствия, я смогу запросить высылку подкрепления из Самарканда, так как никто не в состоянии помешать голубям лететь куда им хочется, разве что с помощью сокола, и потребуется немало времени, прежде чем племена южной части Абескунского побережья поймут, что с помощью обученных соколов можно перехватывать моих почтовых голубей.
Я намеревался увидеть страны, расположенные к югу от Абескунского моря, весной следующего года и по возможности завоевать их, и пройдя через них, войти в Азербайджан. Что мне следует делать дальше, я не знал, то ли идти мне на запад или на юг. Если бы я двинулся на юг, у меня появилась бы возможность достойнейшим образом наказать правителя Фарса шаха Мансура Музаффари, чтобы впредь он не смел проявлять непочтительность к другим.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
На берегах Абескунского моря
Наступила весна, и я двинулся в поход во главе стотысячного войска, оставив своего сына Шейха Умара править Мавераннахром. Я следовал вдоль старого русла реки Джейхун, когда-то идущего в сторону Абескунского моря. Всемогущий пожелал, чтобы река Джейхун изменила свое направление и вместо того, чтобы течь на запад, она потекла в сторону востока, на землю Мавераннахра. Не случись это, половина нашего края превратилась бы в бесплодную пустыню.
(Усыхание Каспийского моря началось с того момента, когда река Джейхун изменила направление своего течения — Марсель Брион)
Мы прошли намеченный путь как обычно и, достигнув Абескунского моря, повернули на юг. Неожиданно на нашем пути встретилась большая полноводная река (река, представшая перед войском Тимурленга называется Атрек — Марсель Брион). Я хотел, было, переправить свое конное войско вброд, однако понял, что в ту весеннюю пору бурлящая река унесет всех моих всадников. На том месте, где мы вышли к реке, не виднелось ни поселений, ни людей. Поэтому, я велел отыскать в окрестностях местных жителей, которые показали бы нам, где расположена переправа через ту реку (переправа — это неглубокая часть реки, через которую могут вброд переправляться пешие или верховые — Переводчик).
Мои воины отыскали и привели нескольких местных жителей, которые объяснили, что удобная переправа имеется в трех фарсангах ниже по течению, но ее невозможно пройти в такое время года и надо подождать пока пройдет сезон разлива речных вод, чтобы можно было переправиться через ту реку. Дальнейшие расспросы местных жителей показали, что этот период длится самое меньшее пятнадцать дней и что если к тому времени уровень воды спадет, я сумею переправиться со своим войском на другой берег, в противном случае придется оставаться на этом берегу и ждать когда спадет уровень воды в реке. Я уже говорил как то, что полководец, каким бы опытным он ни был, не может предвидеть всех возможных трудностей и препятствий, однако возникают трудности, требующие принятия немедленных решений. Если бы та местность была лесистой, я мог бы приказать рубить деревья, смастерить из них лодки, спустить их на воду, покрыть их дощатыми мостками, чтобы по ним могла пройти моя конница. Однако в той местности не было лесов, а вверх и вниз по течению не обнаружилось достаточного количества лодок или плотов, чтобы можно было соорудить на их основе плавучий мост, а те лодки, что попадались, не были пригодны для перевозки конного войска с одного берега реки на другой.