ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Забулистан
Как я уже говорил, Джахангир был ответственней за заготовку провианта и постоянно двигался впереди основного войска, чтобы обеспечивать пищу для людей и животных. Сын мой Джахангир постоянно передвигался в сопровождении двух-трех местных жителей, чтобы они служили его проводниками и подсказывали где легче всего можно найти достаточно продовольствия и фуража. Между мною и Джахангиром была установлена постоянная связь, от него ко мне и от меня к нему постоянно шли гонцы.
Однако после того, как улеглась песчаная буря и восстановилась видимость, вести от Джахангира перестали поступать. В их ожидании я оставался на месте целые сутки, однако от него так и не было гонцов. До того Джахангир выступил вперед с тысячей всадников чтобы обеспечить заготовки провианта для войска, однако я знал, что его всадники распылены между множеством сел и деревень и тот, кто ответственней за заготовку провианта, не в состоянии держать всех своих конников в одном месте. Моя остановка в пустыне была нежелательна, ибо у нас кончалось продовольствие, между тем нужно было двигаться вперед. Я спросил у сопровождавших меня проводников, что же следует предпринять? Они ответили: «Твой сын и его конники, вероятно, из за песчаной бури заблудились в пустыне, ибо при такой буре все дороги в пустыне заносятся песком и путники, потеряв дорогу, теряются в пустыне. Поэтому тебе следует направить отряд для поисков в пустыне. Благодари Бога, что сейчас осень и погода прохладная, в противном случае твой сын и его спутники страдали бы от жажды и палящего солнца»..
(Удивительно то, что в свое время Надир-шах со своим войском так же заблудился в той пустыне, и если бы один из местных правителей (правитель Табаса) не поспешил ему на помощь и не отыскал его в пустыне, Надир-шах со своим войском погиб бы в пустыне от жажды и зноя. — Переводчик.)
Наша остановка в пустыне была вынужденной, поэтому поручив поиски Джахангира и его отряда нескольким местным жителям, сам я отправился дальше и сделал остановку в местности под названием «Бадамашк». Такое название местность имела благодаря обилию в ее окрестностях дикого миндаля, и для меня принесли трость, изготовленную из такого дерева, она была настолько тяжелой, что казалось, будто в руках у меня железная, а не деревянная трость. Бадамашк был небольшим селением и не в силах был обеспечить провиант для моего войска, потому мне пришлось отрядить в окрестности новые отряды для заготовки продовольствия и фуража.
В один из дней в Бадамашк прибыл некий караван из двухсот пятидесяти верблюдов, и я вызвал к себе караванбаши, чтобы узнать не встречал ли он в пустыне моего сына и его людей. Караванбаши сказал, что они следуют из Йезда и по пути никого не видели. Я спросил, каково расстояние отсюда до Йезда. Караванбаши ответил, что путь от Йезда досюда у них занял двенадцать дней и ночей. Я спросил: «Встречаются ли на этом пути людские поселения и водные источники?». Караванбаши ответил: «За двенадцать дней до этого наши верблюды пили воду в местности, находящейся в шести фарсангах от Йезда и после этого только сегодня пьют воду здесь, и по пути следования мы не встречали ни людских поселений, ни источников воды, не попадалось даже зарослей кустарника, чтобы можно было разжечь огонь, и если кто вздумает следовать через эту пустыню зимой, непременно погибнет от холода, потому, что на протяжении пятидесяти фарсангов пути не найдешь ни щепки, ни хворостинки, чтобы не то чтобы разжечь костер, а хотя бы поковырять ею в зубах, поистине Аллах не создавал пустыни более сухой, бесплодной и дикой, чем эта».
Я поразился сказанному караванбаши и спросил, как же в таком случае, они дерзнули пересечь ту пустыню. Тот ответил, что пустыню можно пересечь только во время двух сезонов: весной, когда льют дожди и сейчас, когда прохладно, верблюд может выдержать пятнадцать дней без воды, в другое же время года человек, ступивший в неё, непременно погибнет от жары и жажды. Я спросил: «Что вы давали своим верблюдам в течении тех двенадцати суток пока шли из Йезда сюда через пустыню? Я спрашиваю потому, что хотя и может верблюд обойтись без воды в течении пятнадцати суток, но он нуждается в корме, а ты говоришь, что на протяжении шестидесяти фарсангов не найти даже колючек». Караванбаши ответил: «Выступая из Йезда, мы захватили с собой сухого корма «бидэ» и в пути кормили им верблюдов, если бы мы кормили их «навалэ» (корм, состоящий из ржаной муки, в виде комочков, даваемый верблюдам и лошадям) верблюды бы быстро захотели пить, «бидэ» же не вызывает у них жажды».