Я ни с кем не стал делиться содержанием послания, полученного от сына, даже со старейшими из моих военачальников, особенно касательно того, что Тохтамыш и его войско расположились в Шенгари. Я боялся, что это станет известным жителям Кельны и, кто знает, вдруг среди них окажутся шпионы Тохтамыша, которые в этом случае дадут ему знать, что мне стало известно его нынешнее местонахождение. Во вражеской стране следует опасаться даже деревьев, гор и животных, не говоря уже о людях. Я повторно отправил Фатин-Гура с посланием в Баб-уль-Абваб, в котором велел своему сыну Шейху Умару: «Плыви морем, таким образом, чтобы ко времени, когда задышит Бык ты уже достиг берега. Вместе с тем, захвати с собой необходимую еду и корм, ибо от побережья до деревни Кельна, особенно в зимнюю пору ничего не найдешь для того, чтобы накормить людей и животных. Если для переброски людей и животных не сможешь достать суда в нужном количестве, иди по суше, через перевал Табар и поспеши попасть в Кельну». В том письме я писал сыну, что намерен идти в местность Шенгари чтобы застать Тохтамыша врасплох, и надеюсь, что он благополучно достигнет Кельны и, при необходимости, окажет мне содействие.
В течении недели, прошедшей со дня получения письма от Шейха Умара, мне удалось провести разведку местности на расстоянии сорока фарсангов в западном направлении, эти действия не возбудили каких-либо подозрений у жителей Кельны. Как я уже упоминал, с того дня, как я остановился в Кельне, мои конные воины непрерывно объезжали заснеженные просторы вокруг, поэтому движение наших воинов в западном направлении выглядело в глазах у местных жителей как одно из уже ставших привычными объездов окрестностей их селения. Итак, я составил для себя четкую картину расположения степей и гор на протяжении сорока фарсангов в западном направлении. Только с реками не было полной ясности — из-за зимы и повсеместного обледенения воины не могли определить где расположены полноводные реки, через которые войску предстояло переправляться. Между тем, я не хотел посвящать жителей Кельны в свои замыслы и расспрашивать их для получения необходимых сведений.
Когда наконец задышал Бык и начали таять снега, а ночами в небе стало раздаваться кряканье летящих уток, я отдал приказ о выступлении войска и мы двинулись на запад. После этого я уже больше не опасался того, что кто-либо из жителей Кельны попытается донести Тохтамышу о нашем выступлении, так как знал, что отныне никто не сможет передвигаться быстрее моего войска, а если кто и нагнав нас, попытается обойти, он непременно будет уничтожен.
В семнадцатый день месяца Дальв (Водолей) мы выступили из Кельны в западном направлении. Два сторожевых дозора двигались впереди и по флангам войска осуществляя ближнюю и дальнюю разведку. Были мы защищены и с тыла, двигаясь в полном боевом походном порядке, имеющем цель, застать врага врасплох, ибо я знал, что основное условием успеха будет застать Тохтамыша врасплох. Я располагал сведениями о том, что Тохтамыш и не думает выступать в направлении Баб-уль-Абваба раньше, чем наступит весна, и надеялся разбить его в его же зимнем лагере. На нашем пути попадались реки, однако они не стали для нас серьёзной преградой.
В тот день вплоть до заката и ночи восемнадцатого дня месяца Дальв и до утра мы были в непрестанном движении. Когда взошло солнце, мы сменили лошадей, переведя тех, что устали в запасные и продолжили стремительную скачку. Опять, как и в предыдущий день перед нами возникали реки и речушки, не представлявшие собой преграды для моего войска. К полудню самый передовой из моих дозоров передал, что впереди виднеется темная масса, напоминающая некое войско. Я дал приказ своему войску остановиться. Пока оно находилось в движении, я не мог дать боя врагу, так как на марше войско не развернуть для сражения, для этого необходимо остановиться и провести развертывание в боевой порядок. Следуя установившейся привычке, я тут же сформировал центр, фланги и резерв, спешно натянул на себя кольчугу и шлем и приготовил саблю и секиру для боя. И хотя появление Тохтамыша в той степи явилось для меня полной неожиданностью, я не растерялся, поскольку со дня вступления в страну кипчаков готовил себя к той встрече и должен сказать, что было бы странным если бы она в конце концов не состоялась.
Передовой дозорный отряд хорошо знал свою задачу и поэтому передав мое сообщение о появлении войска, принялся изучать его размеры, численность, вооружение, чтобы обо всем этом известить меня. Второе известие от того же дозорного гласило, что темная масса, видневшаяся в степи, продолжает приближаться. Поскольку я все еще не знал его численности, то остановился чтобы подумать, мои военачальники стояли наготове, ожидая моих указаний Третье сообщение, переданное мне вторым дозорным от первого говорило что в войске том, кроме черного, других цветов не наблюдается.