- То есть, это и правда не моя сестра? - Мда, Дима только проснулся.
- Именно так, это душа другой девушки. И она крайне отличается от твоей Саши, берегись её. И ещё, Маргарита, береги себя, ведь у Саши была своя жизнь до тебя. - Дожили, она говорит ему бояться меня! Вот же ж бабка, я всё понимаю, провидица и так далее, но не заходить же так далеко.
- Всё, на этот приём окончен? - Не вытерпела я, поднимаясь на ноги и потирая запястья. И тут я поймала себя на том, что я так делала в камере, когда снимали наручники после прогулки.
В ответ, на мой разъярённый и вопросительный взгляд, гадалка лишь развела руки и прикрыла выгоревшие глаза, как бы говоря “Я тут ни при чём”.
Дима вышел первым, и женщина меня притормозила, но и садиться не попросила.
- Марго, ведь так тебя зовут? - Какой-то взгляд у неё печальный, ей словно жалко меня. Хотя нет, не так, в её глазах я словно бомж, который вызывает скорее отвращение, чем жалость. Я кивнула, подтверждая имя, хотя она называла его минуту назад.
- Послушай, умерь свой пыл. Ты уничтожишь тело своей порочностью. Своей “грязью”. Ты слишком злая, слишком дерзкая, слишком “голодная” слишком-слишком. Твои фантазии, страсть, желания, жажда мести - всё это погубит тебя. Если бы ты осталась в старом теле, то прожила бы дольше, но через десяток лет загнулась бы в каком-нибудь притоне изнасилованная и униженная. - Да как она смеет! Что она обо мне знает?!
- Послушай, ты, да что ты знаешь?! Может я была бы милашкой с косичками и плюшевым мишкой, если бы отец меня не изнасиловал! Да, он меня насиловал! Этого я никому, даже адвокату, не говорила, но однажды я дала ему отпор и попала в колонию. Я грязная, но не по своему желанию! Я люблю секс, а знаешь, почему? С десяти лет я наблюдала как трахался мой отец с какими-то шлюхами на диване, где спала я! Да, знаю, это сдвиг, но и ты не смей меня судить! Я умерла из-за Саши, но знаешь, лучше бы я в притоне загнулась, чем жить в таком теле и пытаться хотя бы подняться по лестнице без одышки. И, кстати, мне не в кайф от того, что меня считают мёртвой! Я рада, что меня посадили, но жалею, что прикончу этого ублюдка не собственными руками! Я хочу видеть его глаза, когда его прирежет та, которой пришлось делать аборт из-за того, что очередная подстилка не пришла! Я теперь, я пошла, и раз для этого тела я хуже раковой опухоли, то начну проживать жизнь так, как захочу, пока эта тушка не загнётся. - Я резко вышла, хлопнув дверью. На душе… даже как-то смешно говорить “на душе”… сразу полегчало, выговорить всё и наконец-то узнав, где точно мой убийца. К слову, логично, что он именно тут, ведь и душу мою сунули в этот город, не просто же так? А ещё, надо Сашке сказать, найти моего папашу.
С облегчением я увидела, что все мои родственнички сидят в другом конце комнаты, и, кажется, ничего не слышали. Тут же они меня окружили, расспрашивая о том, что я делала так долго. Мой ответ был прост, мол, я просто пыталась выяснить у женщины, как у неё получается гадать. Маме я сказала, что гадалка не нашла никаких отклонений, и просто посоветовала попить святой водички.
Все успокоились и только Дима как-то странно, с подозрением, смотрел на меня. Видимо переваривает услышанное.
Дома я быстро поднялась к себе и легла спать, ведь на доставание “доски” не было ни желания, ни времени. Как и ожидалось, Саша пришла.
Мир вокруг был расплывчатым, в каких-то фиолетовых тонах и с переливами, как ткань на столе той гадалки. Саша стояла чуть вдалеке и удивлённо смотрела на меня.
- Ну? Что ещё? - не выдержала я первой, подходя к ней и рассматривая свои руки. Нормальное у меня тело, никакая я не “зараза” и старая тушка была в полном порядке.
- Ничего, не думала, что ты признаешься Диме. Даже не знаю, благодарить тебя или осуждать. И ещё, я слышу твои мысли. - Здорово, она ещё и мои мысли слышит.
- Благодари, потому что иначе он бы уехал, или ещё чего похуже сотворил. Хотя это я его до этого довела, ну не важно. Та дамочка сказала, что убийца в этом городе, я пока его поищу, а ты узнай, где мой папаша. Хочу к нему в гости сходить. - Я говорила мягко, чтобы не лишать девушку столь редкого, не мрачного, настроения.
- Хорошо, но лучше не ходи к нему, я слышала ваш разговор с той женщиной, мне жаль тебя, и не стоит ворошить прошлое. - Вы только посмотрите, она меня жалеет!
- Ну почему, в этом мире, всем меня жалко кроме меня самой! Мне себя не жаль, и не нужна мне жалость! В общем, отпускай меня, я пойду на завтра собираться. Всё-таки последний день перед каникулами. - Только я произнесла это, как тут же проснулась на кровати. Рядом со мной кто-то пошевелился, и я взвизгнула от страха.
- Тише, прости что напугал. - Это Дима, но, что он забыл на кровати, да ещё и сидит на краю, как не родной.
- Ничего, я как раз с твоей сестрой поговорила. - Пробормотала я, садясь на кровати и потирая глаза. По удивлённому взгляду парня я поняла, что ещё рано так с ним откровенничать.
- И что же она рассказала? - Ну, давай же, продолжай изображать беззаботность, глаза тебя всё равно выдают.
- Она рада, что я призналась. Дим, послушай, ты ведь понял, что я не твоя сестра? Должен понять, так что перестань себя винить. - Я легонько коснулась его груди ладонью, заглянув в глаза и чуть наклонившись к нему.
- Са… Марго, это всё слишком похоже на сюжет третьесортного фильма! И, как бы там ни было, я позволил себе слишком много с Сашиным телом. - Как мило он впутал пальцы в свои волосы, словно пытаясь удержать разрывающуюся, от информации, голову.
- Послушай, это я виновата. Я слишком хочу тебя. Вот сейчас, ты же видишь меня настоящую. - Спросила я, закрыв его глаза ладонью. Наклонившись, поцеловала его в губы и повалила на спину, сев верхом на бёдра. Парень замер, не сопротивляясь, но не касаясь меня.
- Я “вижу” тебя, но чувствую сестру. Извини, теперь я почти всё понял, но это не даёт мне права желать, а тем более, брать это тело. Тем более, Саша, наверняка, до сих пор “девочка”. Так что не искушай судьбу, если я сорвусь, то не прощу это ни себе, ни тебе. Как бы эгоистично это не звучало. - Он явно не шутит, говорит таким спокойным и холодным голосом, это даже пугает.
- Хорошо, а если ты будешь не первым у неё? Я понимаю, у тебя моральные принципы и тому подобное, но я же чувствую, как ты хочешь меня. Давай так, когда я её “вскрою”, ты займёшься со мной любовью. И не отнекивайся телом Саши, я совершенно другая. - Чувствую себя змеем искусителем. Чувствую, как сжимаются его кулаки, он чертовски зол на меня, но глаза не открывает, не может увидеть ухмыляющуюся Сашу, сидящую на его бёдрах. Он искренне любит сестру, и точно не ударит её тело.
- Она не позволит тебе. На сколько я понял, Саша может вмешиваться в твою жизнь, а значит, она не позволит этого сделать. - Какой ты уверенный! Ну, посмотрим, чья взяла.
- В любом случае, если я всё-таки уговорю её, ты “отпустишь” себя и доставишь мне удовольствие? А я доставлю его тебе. - Давай же, соглашайся. Я и так стараюсь говорить уверенно и нежно, а ты ещё сомневаешься. Дима, молча, снял меня с себя и вышел. Отлично, молчанье - знак согласия! Тем более, Саша уже разрешила мне делать всё, что захочется, ещё при передаче тела.