глава 1
1
Я смотрел как она садилась в такси прижимая к своей груди нашу дочь, и я ничего не предпринял. Она ушла ночью в полной тишине оставив чемодан на прежнем месте, не забрав ни одной вещички, которую я ей купил. На столько мерзок оказался для нее.
Если бы не та змея обвивающая ее тело, то скрутил бы, не выпустил, или еще хуже, прицепил на цепь вместо собаки и сидела бы у моих ног, ела бы с моих рук. Но она оказалась умнее.
Я мог был бы остановить ее одним способом – это выстрельнуть по шинам машины такси, только исход мог бы быть печальным. Лучше жить на расстоянии, чем знать, что ее больше нет.
Ценность, определяется потерью. Готов любить? Готовься к мучению…не готов любить? Значит не жертвуй
Такси скрылась из виду, а я продолжал стоять на улице, провожая взглядом свою часть семьи, свою половину.
Настала моя пора съесть свой пут соли.
Отпустив тебя, ты сама ко мне придешь, только нужна ли будешь ты мне потом, после того, когда страсть поутихнет…не знаю
- Азамат Мустафаевич, вызывали?
- да, вызывал, - не глядя на Михаила, - осмотри окрестность дома и найдите змею. Как только найдешь, спалите к чертям собачьим
- какую змею? Откуда она здесь может быть?
- Самую обычную змею, длинную такую, изворотливую, извивающую с длинным языком, как у тебя.
Ты кстати с Аней, встречаешься?
- ну, встречаюсь
- больше не встречаешься. Узнаю – уволю.
Скажи ребятам своим, чтобы за Самирой больше не следили. Нет надобности и необходимости
- что-то случилось? Вы поссорились?
- нет, что ты. Мы просто расстались, ели я захочу психолога то явно не с тобой буду вести беседы по душам. Твоя работа быть всегда мне нужным и полезным, не меняй пожалуйста свою квалификацию, а то я к тебе так привык. Боюсь тебя потерять, ты очень хороший сотрудник Михаил
- Азамат Мустафаевич. Извините. Знаю, что не мое дело. Знаю, что лезть не хорошо в чужую жизнь, но мне кажется, что Самира и Вы любите друг друга просто…
- ты в трусы уже успел залезть к Ане?
- Азамат Мустафаевич. Аня и я, мы просто…
- я СПРАШИВАЮ. Успел залезть в трусы?
- Да
- поздравляю, что успел, больше ты там не окажешься.
- и все-таки, Азамат Мустафаевич, может Вам следует не рвать отношения с вашей женой. А дать время, вы остынете, и ваша жена… может накопившее вырвалось
- откуда ты черт возьми такой взялся на мою голову…ты же охранник, простой помощник. Вы ведь охранники все тупые идиоты, тупицы.
Ты не за меня беспокоишься, что меня кинули скудным образом. Ты за себя печешься, что любишь свою Аню?
- люблю. Люблю и готов повторить не один раз
- любишь значит, - сплюнув под ноги и вновь посмотрев туда куда уехала моя жена. – Любовь Миша – это больно. Жизнь — это тоже больно. Терпи.
Охрану сними. С меня тоже хватит
- если что-то случится с Самирой?
- она сама выбрала свой путь. Какой он будет? Решать не мне. Я ей дал всё Миша. Всё. Крышу над головой, ночлег, кусок хлеба в конце концов и…любовь…только ей на хрен моя любовь была не нужна.
- Самира…она…
- ЗАХЛОПНИ СВОЙ РОТ, об умерших либо хорошо, либо никак. Она для меня умерла. Ее для меня больше нет.
глава 2
2
Ломка начинается по ночам. Пустая кровать. Пустая комната, только в голове кавардак. Самира, Самира и одно и тоже имя крутится в моем мозгу.
Три часа ночи. Ужас. Кошмар. Какой интересно знать срок на отпущение любви?
Прятать нужно свои чувства глубоко в себе. Не позволю чтобы топтались на моих костях.
Одевшись в черные брюки и в черную рубашку сверху накинув черное кашемировое пальто. Уселся за руль черно-белого мустанга. Включив музыку погроме решил прокатиться по улицам ночного города.
Фонари горят, освещая улицы и переулки.
Подъезжая к светофору, на котором горит красный стоп сигнал, постучав по рулю пальцами. Затормозил. Опустив немного окно, убавив музыку. Приглядевшись к молодой шпане, которая расхаживала по улицам держа в руках энергетик приставая к одной молодой девушке.
Посмотрев в зеркала заднего вида, включив аварийку. Вышел из машины, - ребята у Вас проблемы?
- иди батя. Время позднее, спать поди пора, - засмеялся один молокосос, видимо он и есть главарь своей шайки.
- я сказал, девушку отпустите. Сейчас же
- иначе что? – борзой молокосос направился в мою сторону вынимая из кармана брюк маленький складной охотничий ножичек. – Она нааша! – заплетался язык, видимо слишком много лишнего перебрал алкоголя.