- Я тебе когда-нибудь рассказывал о Тимоти Тейлоре?
Я качаю головой.
- Мы с ним были лучшие друзья в младших классах, не разлей вода. Но когда перешли в пятый класс, он так изменился, что я перестал с ним общаться.
- Почему? Что он сделал?
- Начал играть в волейбол. ( Папа у нас футбольный болельщик до мозга костей и понять не может тех, кому нравится волейбол )
- А если честно, - продолжает папа, - не только из-за этого. Еще Тимоти начал зазнаваться. И у нас пропали общие интересы. - Вы поругались? - Нет, просто постепенно перестали общаться. И оба нашли новых, близких по духу друзей. Так что не переживай за "Ее Величество". У тебя все будет хорошо, просто надо научиться отпускать людей. - Спасибо, пап. - Я встаю и целую его в макушку. - Не за что! - смеется он. - Кто бы мог подумать, что в такую рань, без кофе, я могу давать мудрые советы.
Когда я возвращаюсь в комнату, то застаю Монику полностью одетой. Радуюсь про себя, ведь это значит, что она скоро уйдет.
- Твой кофе. - Я протягиваю ей чашку, но не получаю благодарности. Вместо «спасибо» Моника спрашивает:
- Решила, в чем пойдешь на обед ?
Я смотрю на Монику и не сразу понимаю, о чем она. Я так расстроилась из-за этой пижамной вечеринки, что о свидании и думать забыла.
- На твоем месте я бы надела что-нибудь повседневное. А то подумает, что ты специально наряжалась. Я могу дать худи, но цвет тебе не пойдет.
Она делает глоток кофе и притворно улыбается.
- Бедняга, не повезло тебе с рыжими волосами: ничего с ними не сочетается, да?
В эту секунду я понимаю, что если я хочу насладиться утром и подготовкой к свиданию со Стефаном, Монику надо спровадить. Сейчас же.
- Мне так жаль, но папа только что попросил меня кое с чем помочь в агентстве. - В воскресенье утром? - Да. Боюсь, тебе пора. - Ой, а я хотела помочь тебе собраться. - Моника, похоже, и вправду расстроена.
Я выдавливаю улыбку. - Не переживай, я справлюсь. - Точно? - Абсолютно.
Но когда дело доходит до реальных сборов, справиться оказывается не так просто. Моника ушла полчаса назад, а у меня в комнате словно взорвалась бомба из тряпок. Я так неистово срывала и надевала и снова срывала одежду, что каждый сантиметр пространства был занят какой-нибудь вещью. Я смотрю на болтающиеся на люстре полосатые колготки и выдыхаю : «Мне нечего надеть!»
Для кого-то такая проблема - повод написать в журнальную рубрику «Вопросы стилисту». Но я в подобных случаях зову Эллиота. Правда, сомневаюсь, что он захочет мне помогать в этот раз, когда я наряжаюсь для Стефана. Я расхаживаю по комнате и громко вздыхаю. Даже вид моря на горизонте меня не успокаивает. Какое там! У меня на берегу этого моря через час встреча, а я до сих пор в одном белье.
Потом я спрашиваю себя: «А в чем бы было комфортно тебе?» Я перерываю кучу одежды рядом с креслом и вытаскиваю черное коктейльное платье в мелкое фиолетовое сердечко. Натянув его с плотными черными колготками, я смотрюсь в зеркало: платье сидит как влитое и подчеркивает талию. Я уже собираюсь надеть балетки, как снова в моей голове звучит вопрос «А в чем бы было комфортно тебе?» И достаю глубоко спрятанные в шкафу кроссовки, а потом накидываю черную кожаную куртку.
Камера словно кричит: «Не забудь меня!», и я кладу ее в карман. Давным-давно я поняла, что без фотоаппарата из дома выходить нельзя. Если забываю его, то обязательно попадется классный кадр. А кто знает, какое фото мне представится сделать со Стефаном... Я заливаюсь краской, воображая, как он просит сфотографировать нас вдвоем. Я, конечно, ненавижу селфи, но от одного со Стефаном не откажусь... Да, возможно, я немного забегаю вперед, но разве нельзя чуть-чуть пофантазировать перед свиданием с парнем моей мечты?
Глава 7
Когда я подхожу к пляжу, моя вновь обретенная уверенность начинает улетучиваться. Внутренний голос твердит: «А что, если он не придет? Что, если это розыгрыш? Что, если я упаду в тот момент, когда он захочет меня поцеловать? Боже мой! Что, если он захочет меня поцеловать? Нет, наивная какая, не захочет он с тобой целоваться». Я продолжаю спорить сама с собой, и в моем внутреннем голосе уже появляются истерические нотки.
Я решаю пройти к кафе по берегу, надеясь, что близость моря меня немного успокоит. «Галька мокрая! Ты упадешь! Вот упадешь, а потом будешь с водорослями на попе ходить. Или забыла, как шлепнулась у Тома на день рождения?» – не унимается внутренний голос. Я замедляю шаг. Спокойное море сияет в лучах зимнего солнца. Я глубоко вдыхаю соленый воздух. Еще и еще. «А если тебе на голову чайка нагадит?» – проносится у меня в голове.
– Да заткнись ты! – вслух ругаюсь я на внутренний голос и запрокидываю голову – убедиться, что надо мной не летают чайки.