Она хотела, хотела и хотела. Всегда, всего, много.
В итоге добилась своего, правда совсем в иной плоскости. Освобождение от семейных обязанностей стоило ей сокращения до минимума величины материальных ресурсов, к чему женщина с лёгкостью небывалой моментально приспособилась.
Главное, что ничего не нужно делать. Совсем ничего.
Лиза весь день читала книжки, лузгала семечки и мечтала, не обращая внимания на детей, а вечером уходила к подругам, где довольно часто задерживалась до самого утра.
Всё это случилось задолго до развода и телеграммы.
Виктор, к сожалению, поехать на похороны никак не мог. Некому заменить на новой, куда только что устроился, работе. И дети, которых не с кем оставить.
Капитализм жесток. Он требует от работника полной отдачи.
Двоих детей тоже одному тянуть непросто.
Лишиться работы, когда каждый второй не имеет её вовсе, безрассудство.
Лизу Витька разыскал, хотя это оказалось непросто. Разбитная кампания, к которой она прибилась, определённой штаб-квартиры не имела. Гуляли, где придётся.
Он показал телеграмму, не скупясь, дал денег на дорогу и похороны, хотя выкроить их из скудного семейного бюджета было непросто. Даже пытался успокоить.
Реакция на печальное известие Витьку удивила.
В её глазах не было слёз, печали, скорби. Не было совсем ничего человеческого.
Нескрываемое тупое равнодушие и немного растерянности.
Не от телеграммы. Ей бы опохмелиться...
Лиза постояла некоторое время, молча, словно пыталась уловить цель Витькиного визита.
– Какого чёрта, – телеграфировал её тусклый взгляд.
Потом в выцветших, некогда зелёных, теперь бесцветно-водянистых глазах вспыхнули искорки осознания чего-то важного. Ведь в её руках деньги, и немалые.
Губы женщины изобразили подобие улыбки, искривлённой и нелепой в очевидной, однозначно трагичной ситуации.
Лиза посмотрела на купюры, спрятала их в карман и развернулась уходить, считая свою миссию выполненной.
Затем, словно что-то вспомнив, или по-иному оценив момент, остановилась.
Медленно вытащила из кармана купюры, пересчитала, будто не веря в их существование, опять засунула, на этот раз куда-то внутрь неопрятного одеяния в область декольте.
Она явно силилась что-то сказать, видимо разыскивая нечто человеческое в огромном объёме духовной пустоты.
Возможно, пылинки скорби по матери.
Но желание глотнуть чего-нибудь горячительного не давало ей сосредоточиться.
Внутренняя борьба отразилась на одутловатом лице, быстро меняя подвижную мимику.
Один миг сосредоточенности на факте смерти и более продолжительное желание бежать скорее в ларёк за желанной дозой более приземлённой субстанции.
– Покажи ещё раз телеграмму. Ах, вот оно что! Похороны-то послезавтра? Так я не успею.
– Это твоя мать, Лиза. Она тебя родила. Ты не можешь отказать ей в последней скорбной благодарности.
–Я тоже мать… ну и что с того! Скажи ещё, что я просила себя рожать.
Она посмотрела на Виктора с нескрываемой ненавистью, словно во всём, что случилось, и что теперь происходит в её жизни, виноват исключительно он, махнула рукой, ещё раз проверила, на месте ли деньги, развернулась и ушла.
На следующий день, когда Виктор пришёл домой с ночной смены, ему рассказали, что Лиза с подругами, пьяные, шумные, весёлые и азартные, ходили по квартирам, просили деньги на похороны мамы.
Многие давали. На другое, на баловство отказали бы. А так… на похороны же.
Лиза никуда не поехала.
Впрочем, это Витьку нисколько не удивило.
Они прожили вместе шестнадцать лет. Удовлетворение личных потребностей всегда было для неё в приоритете.
Деньги, которые в руках, гораздо реальнее смерти, пусть даже и матери.
Это сознательный выбор, не Виктору его осуждать.
Жизнь представляется ей именно такой. Ведь то, что мы видим, всегда иллюзия. Хорошие мысли рождают красоту, нейтральные – обыденность, а злые и раздражительные – разрушение и хаос.
Пути супругов давно разошлись, но даже после полного расставания Виктор много раз вытаскивал её из проблем и неприятностей. В конце концов, он не выдержал, просто отпустил жену в свободное плавание, предоставив возможность самой выбирать и определять жизненный путь.
Но на выбор, тем более на реализацию чего бы то ни было, Лизе не хватило жизненной энергии. Она всю жизнь лишь потребляла, стараясь ничего не давать взамен. Витька был для неё моторчиком и батарейкой. Но женщина так этого и не поняла.
Теперь Виктор совсем другой.
Лиза в сегодняшней жизни, его и детей, лишь случайный прохожий.
Бывает и так...
В голове мужчины крутились слова из песни “жизнь невозможно повернуть назад. И время ни на миг не остановишь... “, в глазах блестели слёзы. Ничего не поделаешь, он чрезмерно сентиментален.
Это не очень правильно для мужчины.
Однако, что выросло, то выросло... не может он изменить себя. И свою жизнь тоже не может.
В его силах и возможности только желание и умение сделать верный выбор, позволяющий открытыми глазами смотреть на мир.
Впрочем, чего пенять на жизнь – она замечательна в любых проявлениях, даже в трагических.
Во всяком случае, продолжается вопреки всему.
Пусть каждый ответит за свою судьбу, которую создаёт собственноручно.
А одиночество… у каждого из героев повествования оно настолько разное.
У Виктора в праздники полный дом родных и близких, но он считает себя одиноким.
Лиза же всегда в компании, которую воодушевить может только водка, где никто никому не нужен. Но одинокой она себя не чувствует.
Вы удивитесь, но Лиза по-своему счастлива.