Пролог
ПРОЛОГ
Мы все хотим любить и быть любимыми. Но не всем это дано. По крайней мере, мне… Я вряд ли когда-нибудь снова позволю себе потерять голову при виде накаченного красавца с голливудской улыбкой. У меня уже был такой и в нём я разочаровалась, как и во всей этой бредятине про любовь с первого взгляда. Одно скажу, до Него я жила, а после Него меня не стало.
Я дышу… Я хожу… Я ем… Я мыслю… Я вроде бы жива, только теперь моя жизнь похожа на бесцельное существование. Я просто есть и в то же время меня нет.
Так о чём моя история? О превратностях любви. О её силе менять человека к лучшему и так же легко разрушать всё, что было ему дорого. Я часто слышала, что истинная любовь способна творить чудеса. В моё случае всё иначе. Моя любовь меня убила… Может, потому что любила только я.
ГЛАВА 1.
ГЛАВА 1.
Третий курс колледжа. Последний год учёбы, потом диплом и стажировка в крупной рекламной кампании моего очередного отчима. Мама всегда была неразборчива в связях и за девятнадцать лет моей жизни у меня сменилось аж пять папочек. К слову, родного отца я не знаю, но мама говорила, что он был ударником в какой-то рок группе. У них был охренительно бурный роман, который резко пришёл к своему финалу, когда мамин любовник увидел две заветные полоски. Мой биологический отец растворился вместе с деньгами, которые выгреб до последнего цента из маминого кошелька, пока та спала. И больше она его не видела. Потом был Джозеф -дантист, потом Скот-бейсболист, потом Натан-фитнес тренер, потом… Да, блин какая разница кто там ещё был у моей мамы?! Помимо пяти официальных мужей у неё было и куча любовников. Да, и эта ведь история не про похождения моей мамули, а моя история и как я докатилась до такой жизни… Главное, наверное, то, что сейчас моя мать замужем за рекламный мультимиллионером Робом Стенли, с которым, я, кстати, не в ладах. Но новый муж мамы очень хочет угодить падчерице и моё будущее более-менее определено. Так что по этому поводу я особо не парюсь. Ещё год в колледже, стажировка, может быть, потом университет.
Каникулы я провела, как обычно, дома, пока мама и Роб отдыхали на своей яхте где-то у берегов Ямайки. Не жалуюсь. Мне тоже было весело. Отрывалась как могла со школьными друзьями. Соседи даже вызывали полицию на наши вечеринки. Потом следовали короткие звонки по видеосвязи. Мама меня отчитывала, попивая мохито, а отчим с довольной рожей мелькал на втором плане, в сотый раз спрашивая, как его подарок новенький спорткар. Я сухо отвечала: «нормально», и сбрасывала. Лето почти закончилось, а я только и видела свою мать картинкой в телефоне.
Да, у меня всё нормально. А как иначе? У меня всё нормально, даже когда хочется выть на луну от боли и тоски. Нормально! Моей родне плевать на меня. Друзьям, кстати, тоже. Никак не могу найти себя в цепочке их действий: погуляли, выпили, покутили, покурили и пока-прощай, Натали, до следующего лета. Ни звоночка, ни приветика, ни открыточки на день рождения или гребанное рождество. Даже смайлика не пришлют. Вот какие у меня друзья.
Да, и я сама хороша. Мне на них тоже начхать, а с некоторых пор и на себя. После таких загулов просыпаюсь и долго не могу вспомнить, как зовут очередного парня, сопящего рядом. Вроде Гарри…, Тод…, Энтони… или, может, Джим? Я даже не помню, как притащила его в свой дом, но в замутненном алкоголем и колёсиками мозгу всплывают мимолётные образы нашего знакомства: вечеринка, музыка, пиво, виски, снова музыка, смех и его улыбающаяся рожа, потом секс. Секс, который стал чёрной дырой в моей памяти. Неужели он настолько был незначительным, что я ничего не почувствовала? Скорее всего, да.
После Него всё пресное. Ни горчит, ни перчит, ни обжигает… Хочется плакать, но мои глаза, как пустыня, скупы на капли воды. И так длится уже два года. Два долгих, пустых и мучительных года. Это всё из-за Него. Он виноват в том, что со мной происходит, а я, дура, до сих пор его люблю.
Спихиваю с постели любовника Ни-о-Чем. Тот, возмущаясь и кляня меня последними словами, хватает свои шмотки, уходит, а монотонное бормотание нашей домработницы Магдалены медленно втекает в мою спальню. Единственный человек кому я, вроде бы, небезразлична, ругает за доступность и собирает меня в колледж. Я снова поеду туда одна. Ни тебе мамочки с папочкой, волнующихся за свою милую детку, ни напутствий, как себя вести с мальчиками, ни груд коробок кочующих из минивэна отца в комнату, ни розовых соплей при расставании всего-то до следующего уик-энда. Ничего этого у меня никогда не было и никогда не будет. Чего вот не скажешь о моей новой соседке.