— Как дела обстоят в Чукуре? — вспомнила я о своем родном месте.
— Муртаза крутится возле твоих, постоянно отходит, чтобы с кем-то поговорить, но мы то знаем с кем, — ответил Каан.
— Нужно его провести. Кто там из наших рядом? — меня совсем не устраивало, что один из партнеров находился рядом с моими родными и крутил ими, как хотел.
— Ферхат был. Хочешь что-нибудь экзотическое?
— Банальностью обойдемся. У Ферхата же есть машина? — вроде бы однажды я видела ее, коричневый пикап.
— Не знаю, что ты придумала, но мне определенно понравится, — почесала в предвкушении руками, Дуйгу.
— Пускай этого героя привяжет к багажнику, якобы случайно и провезет по улицам Чукура. Потом скажет нашим, что краем уха услышал, что он собеседника назвал именем нашего врага, тогда и посмотрим, как он выкрутится. Исполняй, Каан.
Парень вышел, а я схватилась за голову, шумно выдыхая. Мне нужен мощнейший толчок, который сдвинет с мертвой точки обе семьи. В дом зашел Аяз, поздоровавшись и спросил у меня:
— Караджа, а что с твоим братцем? Его чет постоянно трясет и за виски хватается.
— Прямо как ты, — повернулась ко мне Дуйгу. — У вас, что семейная какая-то болезнь? Не замечала за тобой раньше.
Неожиданно. Теперь нас трое: я, Акын и Ямач. Одного вынудили вернутся домой и спасти Чукур, но у него это удалось не без потерь; второй грезил об этом чуть ли не с пеленок, но не смог выдержать удар и переметнулся на сторону врага; третья пришла к этому с целью восстановления и единственная, которая не идет на поводу у такого притягательного, горького чувства мести. Кто в итоге станет победителем?
— Пришли к чему-нибудь? — зашел обратно Каан. — Нужно то, против чего как Азер, так и Кочовалы не смогут пойти. Что они на дух не переносят и сделают все что угодно, чтобы объединиться и разобраться с проблемой.
Точно, я нашла то, что нужно. Наркотики, именно то, против чего обе стороны, но только один ими торгует, но есть один пунктик связанный с Азером, а Кочовалы не допускают их. Азер не позволит своим близким принимать наркотики. Он взбесится, Азера уничтожит это, но остановится. Здесь присутствует один элемент, который свяжет все воедино. Они объединят свои силы, Азер разорвет партнерство и мы преодолеем очередную полосу препятствий.
— Есть только одно, что раз и навсегда объединит Кочовалы и Азера Куртулуша, — победно произнесла я.
— Что же это? — спросил Акиф, беспокоясь и правильно делает.
— Вы достанете небольшую партию наркотиков Азера и накачаете меня ими.
Глава 41
— Умом тронулась? — закричал Аяз, подходя ко мне и хватая больно за щеки. — Жертвой решила стать? Игрушки это для тебя?
Вырвавшись, я встала и отошла от него подальше. Щека после вчерашнего еще пульсировала. Его реакция меня поразила, но потом прокрутила брошенное мной предложение и поняла, что не так выразилась.
— Да все не так, как вы думаете! Не по-настоящему. Мы подстроим все так, чтобы две стороны объединились и бросились на мои поиски.
— Ааа… — протянула Дуйгу, — я так все и поняла.
— Излагай полностью план, прежде чем пугать, — выругался Акиф.
На самом деле, Вели так же бы подумал и считался бы гением. Другого выхода и не может быть. Они сами довели до крайней точки и не собираются успокаиваться. Страдают невинные девушки, становясь жертвами, но никак не они.
— Дуйгу ты изготовишь черный конверт и положишь бутон красной розы, передашь потом Акифу. Также тебе, Акиф потребуется убедить брата, что купил именно эту партию Тимсах и передашь, что нас украли прямо у тебя на глазах. Меня и Йылмаза. Наше похищение якобы организуют люди Бюлента и господина Кемаля, но это уже организует Аяз. Готов переквалифицироваться в похитителя на некоторое время? Не побрезгуешь? — спросила я у друга, который внимательно меня до этого слушал.
— Без проблем, если требует дело. У меня на примете и место есть. Ты уверена, что не будет осечки? Причем здесь наркотики?
— Для прикрытия, чтобы Азер подумал, что это партнеры подстроили. Я не буду принимать настоящие наркотики, но им не обязательно это знать. Не должно быть осечки, ведь это наш единственный шанс — другого, не представится. Дяди теперь ищут не только девочек, но и братьев, чтобы шантажировать Азера.
— А почему именно Акиф пойдет к брату, а не я?
— Высуни язык, — попросила Дуйгу.
— Зачем? Бешенная у тебя в последнее время странное поведение, — покосился на Дуйгу Йылмаз, а мы переглянулись с Акифом, порядком уставшие от этих двоих.
— Если ты его высунешь, то убедишься, что язык довольно длинный и мы не собираемся рисковать, отправив тебя к братцу, гадая, не проговорился ли ты.
— Когда такое было? — но моего выразительного взгляда хватило, чтобы он заткнулся и вспомнил старые грешки. Так-то лучше.
— Надеюсь, вы закончили, а если нет, то спешу разочаровать — мы приступаем, либо с вами, либо без. Игры закончились, котятки.
Аяз нашел какую-то ветхую хижину в нескольких километрах от города и теперь пристегивал нас с Йылмазом к цепям. Дуйгу, Акиф и Каан занялись делом. Нужно дождаться звонка Акифа, перед тем, как он зайдет на склад Азера и приготовится. Не единой ошибки. Только мучения, страх, волнение и желание спасти. Тоже самое, что и испытали мы, Барон. Именно ты вынудил меня пойти на крайние меры и я вместе с тобой буду сгорать из-за собственной лжи. Ложь во благо, теперь же я понимаю смысл этого выражения. Когда другого выхода не существует ты вынужден лгать, чтобы выжить и спасти жизнь другим.
— Я пойду еще раз проверю входы и поговорю с парнями, чтобы были начеку. Не шалите, ребятки, — я стукнула Аяза по ноге и он со смехом вышел.
Да уж, перспектива провести неизвестное количество времени с этими оболтусами, кажется уже не такой заманчивой идеей. Один полицейский, а один не затыкается ни на секунду.
— Ты же любишь брата, так почему согласилась на эту затею? Тебе будет также плохо, как и ему от того, что соврала, — Йылмаз решил посвятить этот день откровениям.
Сидя на холодном сером полу, я обняла себя за колени, смотря перед собой на серые стены в тон полам. Не хотелось бы озвучивать то, что разрывает меня на куски, но нам все равно тут сидеть долго.
— Если бы был другой выход, то я обязательно им воспользовалась, а так я в безвыходном положении. Моя мама стала принимать большие дозы снотворного и закрылась в комнате, бабушка стала подозревать о большем, так же, как и дядя. Азер же совершенно наплевал на меня и окончательно перечеркнул то, что между нами было, похитив девушек. Знаешь, я сама не могла предположить, что после матча, когда он мне пообещал все исправить, сделает все в точности наоборот.
— Ты не права, — Йылмаз опустил голову, чертя пальцем что-то на полу.
— Я видела все своими глазами, Йылмаз.
— Но не все слышала. За день до встречи с Ямачем, брат переписал все имущество на нас с Акифом и матерью. Попросил ни в коем случае тебе этого не говорить. Вверил нам с братом сестер и сказал, что возможно, если ему не удастся убедить Ямача, то позволит ему убить себя. Азер планировал после драки рассказать все твоему дяде, но сам заигрался и чуть ли не погиб, так же, как и Ямач. Он на самом деле тебя любит и был готов пойти на такой отчаянный шаг, но ты не стала слушать. Разбила ему сердце вдребезги и забрала семью в придачу. В тот день, когда он только что оклемался от наркоза ты уничтожила его надежды на ваше совместное будущее.
Я не могла поверить в сказанное. В тот день я на самом деле была разбита, волновалась о дяде, о Азере, искала их, сильно переживала, грудная клетка разрывалась на части от переживаний. Считала его предателем, а на самом деле все перечеркнула.
— Собирался после драки не только рассказать Ямачу, но и всей твоей семье, что готов отказаться от мести, ради тебя, потому что полюбил. Брат никогда в жизни не влюблялся, но ты смогла перевернуть его нутро и испытать нечто новое. Ты отказалась так легко от него, доказывая его первое предположение, что именно Кочовалы подослали тебя.
Я прикрыла глаза, выпуская из себя тяжелый вдох. Собственными руками разрушила. Вот, что Азер обещал. Своим отказом я лишь окончательно его добила. Из-за меня Азер похитил девушек и настроился идти до конца. Разрушила надежду на будущее. Впервые он решился наступить своей гордости на горло, забыть про месть, забыть пошлое, ради меня. Я допустила ошибку, возможно, самую жестокую в своей жизни.