Офисы такого рода, в центральной части Львова, пользуются бешеной популярностью.
Они занимают его уже почти три года.
Дверь растворилась в девять двадцать. Всегда суетливый, халеристичный Степа в этот раз отличался излишней сдержанностью. Аккуратно стряхнул зонт в пороге, перед тем как смотал его и поставил в специальный отсек на вешалке, затем снял и повесил пальто, пригладил тонкие каштановые волосы, доходившие до плеч, и, пройдя чуть дальше, нашел Диану у окна мини-кухни.
- Привет, - кивнул он ей. Она слышала как он вошел и повернулась к нему навстречу.
Диана чем-то напоминала учительницу младших классов: среднего роста, с темными кудрявыми волосами, мягко спадающими на плечи, с задумчивыми карими глазами и строгой линией скул. Лицо ее всегда выражало сосредоточенность, но при этом не казалось угрюмым. Когда женщина улыбалась, возникало просто феноменальное сходство с молодой Матерью Терезой.
В костюме из мягкой шерсти, с поблескивающей на лацкане золотой брошью совы, она являла собой одновременно образ женственности и внутренней стойкости.
- Привет. Что за новость ты принес? - спросила она без экивоков.
- Да, Диана, вот такие дела. - Степа так же не относился к разряду людей, тяготеющих к жеванию резины. Сделал только небольшое отступление, потерев озябшие ладони и спросил, есть ли кофе. Он знал, что есть, Диана следит за такими деталями, но явно чувствовал себя немного неуютно. Включил электрочайник, засыпал в прессинг двойную дозу - себе и ей.
Степе только перевалило за сорок. Он успел набрать неудобного жирка на бока, хоть вряд ли его можно было назвать полным, он все еще выглядел стройным, но темные деловые костюмы теперь уже чуть больше прилегали к телу и выдавали человека, не сильно склонного к физическим нагрузкам.
Пока чайник грелся он поинтересовался:
- Слушай, какая у нас была основная идея? Напомни.
- Исследование гипноза. В частности - способность вспоминать забытое, - ответила Диана.
- И что ты думаешь о результатах? - он быстро взглянул на нее.
- Больше тысячи сеансов. Полное отслеживание полученных данных. Не совпадение - семь из десяти.
Степа слушал, прислонившись спиной к столешнице, скрестив руки и поставив одну ногу поперек другой. При последних ее словах выразительно кивнул, встряхнув волосами.
- Вот об этом и поговорим!
- Семь из десяти! Семь из десяти, - повторял он несколько минут спустя, когда они прошли в центр студии. Диана села на диван, положив ногу на ногу, он вышагивал вокруг, попутно прихлебывая кофе из чашечки. - Семь женщин из десяти вспоминали то, чего никогда не было. Насилия, которые никто с ними не совершал!
- Ты считаешь, это плохой результат? - спросила она.
- Я не знаю, - мотал головой Степа. - Что он дает? Доказывает, что гипноз не безупречен? Навести на человека транс и заставить его выболтать лишнее, или отдать кошелек - пожалуйста, это под силу любому аматору! А дальше то что? Когда имеешь дело с подсознательным, что оно нам говорит? То, во что само верит? - Он остановился, и резко пожал плечами. - Что вообще такое подсознательное? Думать, что наука владеет всем тем, что пытается понять - это думать, что посредством неких манипуляций и нашептываний прекратишь этот дурацкий дождь, или притащишь лето среди зимы, а еще лучше - вернешь свои двадцать. - Он забавно хохотнул, сделал небольшую паузу и затем продолжил, возобновив и свое шагание туда-сюда, отчего Диане приходилось постоянно поворачивать голову то вправо, то влево, наблюдая за ним: - Мы знаем многое про методы внушения, но только думаем, что знаем что-то про гипноз. Вот что показывает нам это исследование! Замечательный шанс продемонстрировать, что мозг внушаем, но не более того. Но разве это новость? А вот применение гипноза в терапии, чтобы заставить слепого прозреть, а парализованного встать - до каких высот мы бы дотянулись! - Степа театрально взмахнул ладонью, а затем обреченно заключил: - Но проще слетать на Луну и обратно, чем изучить человеческий мозг. Эта фраза уже в зубах навязла... И пока мы тут бьемся над воспоминаниями этой жизни, шарлатаны зарабатывают миллионы на всяких регрессивных гипнозах, подрывая человеческую психику и доверие к психоаналитикам в целом. Может наше исследование и разоблачило бы парочку из них, но все равно найдутся люди, страстно верящие, что спонтанная игра воображения в их голове - это память предыдущих жизней. Всегда же приятно думать, что ты был фараоном, магом или завоевателем. Неуверенная в себе женщина вообразит себя рыцарем в доспехах, а разнеженный мужчина - Венерой Афинской... Всем хорошо, все довольны. Но где здесь место для науки?