- А что потом? - спросила она. - Куда деваются компании?
Он пожал плечами:
- А черт их знает... Столько было друзей, и где они все?
- Люди, с которыми вы выпивали в юности - ваши друзья? - уточнила Диана.
- Нет, сейчас уже нет. Но ведь когда-то мы были неразлучны.
- Алексей, ну это все проходят, - сказала она. - Вам не стоит разочаровываться в этих людях, потому что ни вы им, ни они вам - никогда не были друзьями. На самом деле происходит иллюзия братства. Вам весело в компании алкоголя, а не друг друга. Любого человека из этой компании можно было подменить, и вы бы не заметили разницы. Вы не определяли их по какими-либо качествам, вы даже не знали этих качеств. Вам кажется, что раньше они были веселее и приветливее, вы вместе решались на ночные приключения, а потом обсуждали их. Но каждый из вас гулял наедине с собой. Все остальные создавали некий фон, чтобы заглушить отвлекающие мысли и продлить эйфорию от вина... Почему пить наедине человеку так мучительно? Потому, что он никуда не девается от своих мыслей. А в компании создается видимость общения, тебя вроде даже кто-то слушает, ты ведешь диалог. На самом деле все чувства притуплены и оценить диалог вы не способны, и говорите, как правило, что-то несвязное. Но это не имеет значения. Алкоголь замутняет разум, компания отвлекает внимание. Большего и не нужно. А потом все заканчивается, как сон. Где же то веселье, то вино, что выпито вчера, как в песне поется. А люди, с которыми вы пили, все такие же незнакомые, унылые. Вы ведь не беседовали по душам, не клялись друг другу в дружеской верности, вы давали возможность друг другу выпустить пар: кричать, смеяться, возможно, плакать... Вы сыграли друг для друга роль декорации - и не более того. Так что ни вы им, ни они вам - ничего не должны. Напротив, такое общение быстро заканчивается, в особенности, если кому-то важно поскорее стереть чувство вины, следовавшее за этим весельем. Если человек ничем не осрамился, возможно он не так быстро постарается забыть свою кампанию... Если у вас теперь есть более регулярная компания, не спешите называть их друзьями или людьми вас понимающими. Вас связывает общая проблема, но вы ее не решаете. Можно бесконечно сочувствовать друг другу, понимать эту слабость, но это не ведет к избавлению от напасти.
- А что ведет? - быстро спросил мужчина.
- Вы должны перестать наказывать себя. Первое - вы должны это понять. Но дальше еще остается много работы над собой. И не пугайтесь, это хорошая работа. Люди, которые идут в спортзал, например, чтобы накачать тело, сталкиваются с тем, что нужно много трудиться, таскать тяжести. Поработав неделю, бросают свою мечту о красивом теле, ведь это так трудно. А вот люди, которые не смотрят на турник с ужасом, а думают о том, как совершенны они становятся с каждым усилием - всегда добиваются результата. Понимаете? Никто и никогда не избавился от проблемы, пока сам того не пожелал. Настоящее желание заключается в действиях. Вы здесь. Это начало. Вы будете становится совершеннее, вы этого достойны и просто примите, как факт. И ваша дочь будет вам за это благодарна... Вот почему я жду вас завтра, в это же время. Только вы не должны пить. Сможете?
Мужчина заколебался.
Тогда Диана открыла ящик стола и спросила:
- Какого цвета глаза вашей дочери?
- Голубые.
Она достала из небольшой упаковки голубую канцелярскую резинку и протянула ему:
- Возьмите вот это. Оденьте на запястье. Вас это не смущает?
Он отрицательно помотал головой.
- Замечательно. Потому что это ваш тотем. Каждый раз, когда вам придет в голову идея выпить, смотрите на свое запястье. Если возникнет чувство, что вы достойны презрения и наказания, думайте о том, что наказываете не себя, а свою дочь. А она этого не заслужила, так ведь? И думайте о том, что скоро все наладится.
- А если я... не сдержусь?
- Сдержитесь, - сказала Диана очень твердо. - И отпразднуете свою победу тем, что с утра выпьете чашечку кофе, и будете совершенно трезвы. Об этом мы с вами завтра и поговорим. Вам понравится.
-Глава 7
Почти каждое утро, выходя из своей квартиры, Диана сталкивалась с одной и той же картиной: Роза Кришталь, пожилая женщина управдом, выдворяла большого бурого кота из подъезда. Он сидел на ступенях лестницы под почтовыми ящиками и дремал в лучах утреннего солнца, проникающего с улицы сквозь открытую дверь.
Пани Кришталь всегда делала это особым образом. Она становилась над ступенькой, на которой лежал кот, и, чуть пригнувшись, шипела и фыркала на него, разгоняя воздух руками. Кот при этом даже не шевелился, словно все манипуляции старой пани только умиляли его и ничуть не возмущали.