- Мозг не отличает личный опыт от воображаемого - в этом вся загвоздка, - кивнула Диана. - Поэтому на какую именно киноленту наткнешься в подсознании человека - никому не известно. Дело не зависит ни от профессиональности, ни от методов гипноза. И все же, у нас есть эти тридцать процентов, мы же только начали...
- О, я прошу тебя, - воскликнул Степа, предвидя ее слова. - Что это дает? Наши исследования нигде не примут. Разве какой-то глупенький дамский журнал вроде «Космо» опубликует заметку, подивившись, что вот такая вот фигня, знаете ли, семь женщин из десяти не подвергались насилию, но под гипнозом почему-то утверждали обратное...
- Что такое три года исследований? Мы только копнули, - заметила Диана.
- Ты права, - Степа остановился между креслами напротив нее. - И так можно копать до бесконечности. И ни к чему не докопаться... А можно заняться другими исследованиями, в области психологии и без того масса пробелов.
- Всем этим ты хочешь сказать, что мы прекращаем исследование, или переходим к чему-то другому? - задала она, наконец, прямой вопрос.
Степа вздохнул, поставил чашку на столик и умостился в кресло.
- Меня пригласили в Австрию, - сказал он, складывая пальцы домиком и рассеянно рассматривая их, - участвовать в проекте по изучению влияния видео-ряда на программирование мозга.
- Это то, из-за чего у меня нет телевизора? - усмехнулась женщина.
Степа засмеялся, резко дернув плечами (он всегда смеялся в особой своей манере, сильно потряхивая плечами).
- И у меня! - крякнул самодовольно.
- Австрия, значит? - спросила она. Было бы странно, если бы он не заметил в ее голосе разочарования.
- Я понимаю, как это выглядит, - ответил Степа. - Но уверяю тебя, над этим предложением я думал долго. Когда мы с тобой занялись нашим исследованием, мы рассчитывали на большее, согласись. Но... мы только на тридцать процентов можем быть уверены, что гипноз позволяет управлять подсознанием так, чтобы ему можно было доверять. - Он беспомощно повел плечами. - Каждый раз ты понимаешь, что можешь ошибиться. Господи, но нам нельзя ошибаться! Если крутишься как белая горячка в колесе, бегаешь по кабинетам этих ханжей, выбивая из них по банкноте, нужно быть уверенным, что делаешь это ради чего-то стоящего.
- Но наше исследование стоящее, - возразила Диана. - Сам посуди, большинство людей полагают, что гипноз - это какая-то мистика, а психолог - так просто маг. Миру важно, чтобы кто-то изучил причины, почему в одном случае все работает, а во втором - никак...
Степа кивнул, но снова тяжело вздохнул:
- Милая моя, повторяю, никто не даст обнародовать такие результаты, сама знаешь почему. А если каким-то путем мы их опубликуем, они ничего не решают в большом мире психологии. Поэтому тут мой энтузиазм заканчивается...
Диана выглядела сбитой с толку.
- Ты считаешь, куда больше перспективы в изучении влияния на массы телевизора? - спросила она. - Мы разве не знаем, как это работает?
- Мы знаем, как всегда, что-то очень поверхностно, - уверил Степа с сожалением. - А тут просто Клондайк! Только успевай придумывать новые методы, выбирай цель и задачу. Мы знаем, как закодировать человека через поток информации, но ведь нужно еще знать, как его раскодировать, я прав? - усмехнулся он. - Послушай. Все на что мы потратили три года - это не совсем ноль, результаты мы сохраним. Я, кстати, договорился с местными архивами, они возьмут копии наших трудов на хранение. Может, через сто лет кому-то пригодится... Но, если ты хочешь продолжать исследование, ты вправе это делать.
- Я не умею привлекать толстосумов к проектам, - печально констатировала Диана.
- Зато у тебя хорошо идут дела в консультировании, - заметил он.
- Не на столько, чтобы оплачивать офис в центре города, рекламу и все прочее. На поиски новых партнеров может уйти много времени. Ты прав, проект себя исчерпал, нужно это признать.
- Ты расстроилась? - спросил Степа.
- Почему же? Я рада, что принимала участие в этом проекте. Спасибо тебе, что привлек меня к нему, с учетом того, что сеансы мы проводили поровну, но ни с одним спонсором при этом я никогда не встречалась.
- Да, тебе повезло, - он снова затрусил плечами.
Диана взглянула в чашку с допитым кофе, которую все время держала в руках и вдруг засмеялась.
- Что? - поинтересовался Степа.
- У меня вчера был пациент с навязчивым состоянием, - сказала она. - Ему повсюду мерещится большая женская грудь. - Затем повернула к нему чашку, на дне которой из осевшей кофейной гущи образовалось два высоких круглых бугра.