К окну кассы приблизилась спустившаяся только что по лестнице пара. По выражению лица молодой девушки, довольно привлекательной, с пышной рыжей россыпью волос, было ясно, что она чем-то возмущена. Парень шепнул ей что-то, видимо отговаривая, но она уже подошла к окну кассы, подвинув плечом Николая и чуть было не наступив ему на ногу.
Теперь уже младшему сотруднику пришлось потесниться, пропустив их. Девушка, несмотря на тонкокостное сложение, отличалась, судя по всему, очень бойким духом. Ее парень, показавшийся ниже ее ростом на парочку сантиметров, отсановился рядом с Николаем и занял выжидательную позу, глядя на любимую. Девушка, чей голос зазвучал неожиданно громко и резко, спросила у кассирши:
- Здесь есть вообще охранники?
- А что случилось? - поинтересовалась женщина за стеклом.
- Насколько мне известно, распивать спиртное здесь запрещено. Но идите и сами посмотрите. Там явно неадекватная особа, пьет и разбрасывает бутылки. Я такого еще не видела, там уже почти темно и кто-то может наступить на стекло. Мне то все равно, но если завтра все будут на Ратушу с бухлом ходить, что тогда?
Парень дернул ее за локоть, она повернулась, посмотрела на него ледяным взором, но тут же смягчилась, и больше ничего не сказала, затем они протиснулись мимо Николая, так ни разу не взглянув на него, и, наконец, ушли. Николай сражу же купил билет и как мог быстро помчался наверх.
И вправду начинало понемногу смеркаться, город зажигал свои первые огни, являя этим изумительную панораму с высоты, но темно еще не было.
Выскочив из узкой дверцы на верху, Николай огляделся, но никого не увидел. Выход устроен так, что смотровая площадка находится вокруг него, и часть площадки постоянно остается скрыта. Ему пришлось обойти полукруг, пока он заметил своего напарника.
Василий стоял прислонившись к парапету и, спрятав руки в карманах куртки, увлеченно разглядывал даль. Справа от него, в метрах двух стояла полная высокая девушка в черном пуховике, как раз подходившая по описанию Ярослава. Возле ее правой ноги, на вытертых деревянных половицах валялась пустая бутылка из-под слабоалкоголки.
Николай тихо приблизился с ней и стал чуть поодаль. Его напарник заметил его, - для этого не нужно было оглядываться или подавать знаки, он дал ему время хорошо осмотреть зону действий и настроиться.
Девушка стояла неподвижно, только слышно было как она всхлипывает. Что ж, похоже, это точно она. Да и на Ратуши, похоже, больше никого не осталось. Окружающее явно не заботило ее, когда Николай приблизился к ней еще на шаг, она ничего не поняла.
Но уже в следующий миг она крепко вцепилась руками в край парапета и накренилась вперед.
- Оксана? - выкрикнул вдруг Василий с доброй долей радости и удивления в голосе. - Ух ты какая встреча! Я с трудом тебя узнал. Как выросла!
Девушка замерла и медленно повернула к нему голову. На ее заплаканном и обветренном лице не отразилось ни единой эмоции. Очевидно она просто рефлекторно отреагировала на собственное имя, но мысли ее оставались слишком отвлечены, как если бы она находилась в полудреме.
- Ты меня помнишь? - спросил Василий, улыбаясь. Она все так же безразлично смотрела на него. - Я с твоей мамой работаю. Ну, вспомнила? - Он сделал осторожный шаг в ее сторону, затем второй, но кажется девушка все же заметила это приближение, оно нарушало строй ее мыслей и явно мешало.
Чтобы отвлечь ее окончательно, напугать и предотвратить задуманное, этого, к сожалению, было недостаточно. Все так же держась руками за край парапета, она отвернулась от Василия. Плечи девушки снова приподнялись и мышцы рук напряглись, она стала клониться за край.
Через секунду она окажется летящей вниз.
И в этот самый миг Николай налетел на нее сзади, сбил с ног отточенным приемом и бросил на пол площадки.
Молниеносный захват, при котором человек полностью застигнут врасплох, и не успевает оказать сопротивление до того момента, как на его запястьях защелкнутся наручники. Только в последний момент он осознал, что это девушка, и очевидно он приложил чуть больше силы, чем было нужно, ударив ее лицом о пол и резко завернув руки назад, но с другой стороны - ситуация не оставляла выбора. Одно движение - и девчонка лежит обездвиженная и покорная, - здесь, на полу, а не где-то внизу на асфальте!