- Вот это мне нравится, - заметил он.
- Как там наша Яна? - спросила она.
- Отлично. Это именно то слово, что я готов применить. Кстати, ее все таки искали! - сообщил профессор с неким триумфом в голосе. - Буквально на днях ее данные появились в базе розыскной службы, мне уже оттуда позвонили. Дело в том, что заявление о ее пропаже написала посторонняя женщина, а поскольку такой документ не воспринимается всерьез, пока такое же заявление не напишут родители пропавшей, в общем... Бумаги мало того что кочевали из отдела в отдел, так там еще и с участковым что-то недоброе приключилось, он попал в больницу и ему, кажется, часть желудка вырезали, что-то такое... Его бумаги только потом оформили. А у него и было, оказывается, заявление от матери Яны. Долгая, путаная и никому не нужная ситуация.
- Безутешная картина, - вздохнула Диана.
- Это ничего, Яна очень хорошо держится. - Профессор вдруг заговорщицки улыбнулся. - А ты знаешь, она проявляет большой интерес к психиатрии. И планирует остаться здесь работать, уже сейчас активно помогает санитарам, даже набрала книжек для обучения. Думаю, она с этим справится. Не знаю, станет ли она когда-нибудь доктором, но у нее есть искреннее рвение работать медсестрой, а это очень хорошо. Кто знает, может это ее предназначение?
- Вы подружились? - спросила Диана.
- А над кем мне еще подшучивать по поводу «ретроградной амнезии неясного генеза»?
Диана понимающе кивнула.
- Она не вернется к родителям, да?
- Ну, когда-нибудь она, возможно, захочет их увидеть, - предположил профессор. - Мне кажется, она нашла свое призвание, не стоит ей мешать. У нас появится еще одна пара толковых рук в клинике, а это никогда не бывает лишним. Она очень чутко относится к пациентам. Мне кажется, волонтерство сыграло свою роль. Ее психика хорошо переносит такую работу, не смотря на перенесенные травмы. Мозг человеческий так устроен, он не выдерживает личной боли, когда мы чувствуем себя ненужными и беспомощными, но делает нас удивительно выносливыми, дай нам стоящее дело... Девочка справится. Она и с Оксаной очень дружна, я тебе не говорил?
- Нет. Но я этому рада, - заключила Диана.
- А ты? - спросил профессор. - Готова встретиться с ней? С Оксаной? Мы можем заниматься ею коллективно, ты же в курсе.
Диана задумалась.
- Я хочу этого... Но пожалуй подожду еще немного.
- Что с нашим чувством вины? - вкрадчиво поинтересовался профессор.
Она покачала головой.
- Дело в другом. Я хочу, чтобы она сама сделала выбор. Если я ей понадоблюсь, я буду рядом. Вина... - протянула Диана, будто смакуя само слово. - Павел Николаевич, у меня не осталось ни одного аргумента, чтобы оспорить это чувство. Вы не оставляете шансов.
- Это как в присказке, - пошутил профессор. - Хороший психиатр всегда имеет своего хорошего психиатра.
- Но кто, в таком случае, ваш психиатр? - поддержала она его интонацию.
- Ох, - протянул профессор, снимая очки. - Это мой крест, милочка. Я как беговая лошадь - у меня один вариант в запасе. Если я дам слабину, меня можно только пристрелить.
Диана понимающе кивнула:
- И поэтому вы всегда впереди...
* * *
Когда он пришел к ней в первый раз, она само собою не реагировала на него.
Во второй и третий тоже. Но уже на пятый - что-то рявкнула, на шестой - огрызнулась.
Он принял это как хороший знак, и поэтому приходил теперь регулярно.
Она знала, что он замешен в ее «позорном спасении». Не скрывала по этому поводу ни презрения, ни яда, давая понять, что никогда ему этого не простит. Но было очень хорошо, если она выказывала ему это в своей привычной манере.
Черт возьми, Ярослав уже кое-что рубил в этой теме!
Оксана не понимала, чего он вообще к ней прилип. Да он как будто и сам не понимал. Ему казалось, он причастен к ее судьбе, что у них много общего. Радовался, что она не погибла, радовался искренне, как за самого себя.
- И сколько ты намерен сюда ходить? - спрашивала она сквозь зубы всякий раз, когда он настигал ее во дворике больницы, во время так называемой прогулки, а в действительности - сидящей и мерзнущей на скамье.
- Сколько надо, -- отвечал он с извечной своей беззаботностью.
Только раз она по-настоящему задела его.
Он воодушевленно рассказывал ей о Штатах, о том, что может забрать ее с собой. Быть может это то, что ей нужно, - съездит в Лос-Анджелес, посмотрит, как реально дела обстоят у голливудских звезд и все такое. А может ей просто нужно куда-то сбежать от этого всего, развеяться как следует.
- А ты что, принц на коне? - зашипела, как гадюка. - Пришел меня спасти и увезти за тридевять земель? Или тебе нужна нянька, чтобы слюни тебе подтирать? И ты решил, что нашел такую припадочную, которой больше делать нечего? Думаешь, увезешь меня отсюда куда-то там, и я по век тебе должна? Ты такой типа весь благородный, как священный конь, потому что на коляске? А я? Ты видишь вообще, что происходит? Я самоубийца, я сама инвалид, да - моральный урод! Два инвалида в паре - вот что! Ты этого хочешь? Посмотри на себя, спаситель недоделанный! Самому духу не хватило дело до конца довести, так еще и другим мешаешь! Какого черта ты себя мессией возомнил? Ты мне не нужен! Тебя никто не просил лезть не в свое дело!