Нет, я очень хотела погулять с Айраном. Мне нравилась его компания, нравился его смех, взгляд, жесты. Ай нравился мне весь, и в тоже время я понимала, что не пара для него. Как бы хорошо королева ко мне не относилась, я не достойна её сына. Но…. Сейчас я готова даже на тайные встречи или вот такие приличные прогулки, лишь бы быть рядом с ним. Я окончательно и бесповоротно влюбилась в того, в кого влюбляться не следовало.
Я посмотрела на брата, который увлеченно играл в любезно предоставленные мне игрушки, сидя на кровати. Теперь я буду о тебе заботиться. А что касается Айрана, я, скорее всего, ещё пожалею о наших встречах и своей симпатии, но сейчас мне нет до этого дела, потому что впервые за всё время после ухода из дома я практически счастлива.
Айран, как и обещал, зашел ко мне после ужина. Я едва успела сменить платье на более приличное и уложить брата в кровать, когда в дверь постучали.
- Входите!
- Приветик, - помахала мне Лейла, входя в комнату. Сразу за ней шагнул и брат, - О, это чудо спит? – удивилась принцесса, подходя к кроватке.
- Прости, что тебе приходится за ним следить, - я смущенно улыбнулась девушке, которая лишь махнула рукой.
- Ничего, я же люблю детей, - Лейла покосилась на невозмутимого брата, и кивнула мне на теплый плащ, - Идите уже, а то совсем стемнеет.
- Спасибо, - практически прошептала я и подошла к Айрану, который уже подавал мне плащ.
- Пойдем, Лина, - его младшее высочество приобнял меня за талию, и мы вышли из дома.
На улице уже вечерело, Лейла права была, ещё немного и станет совсем темно. Снег на улицах практически растаял, но земля была покрыта тонкой коркой льда, что позволяло ходить практически по нормальной дороге, а не по грязи.
Мы медленно прогуливались по переулкам деревни, которая больше напоминала маленький городок. Айран рассказывал всякие истории из своего детства и юности, а я смеялась практически без перерыва, иногда вставляя комментарии в рассказы принца или же в слух удивляясь. Прохожих на улице практически не было, а за нами неслышно ступало двое стражей. Я даже не сразу их заметила. Айран лишь косился иногда на них весьма недовольно, но не возражал, да и я понимала, что это необходимо.
- А ещё перед сном мама всегда рассказывала нам с Лейлой сказки всякие из своего мира. Правда, что-то мне подсказывает, она переделывала их, чтобы мы могли понимать, о чем речь.
- А его величество разве не против, что леди Татьяна так часть вспоминает свой мир?
- Тогда он против не был. Ты же знаешь, что портал можно открыть раз в двадцать лет? – спросил меня Айран и я послушно кивнула, - Так вот, мне на тот момент было восемнадцать, - я удивленно приоткрыла рот, а принц лишь посмеялся, - Мы взрослеем чуть дольше, собственно, как и живем, не стоит так удивляться, - принц перехватил мою ладонь, легонько погладил её пальцами и дальше мы пошли, держась за руки, - Мама захотела тогда отправиться к порталу, посмотреть на свой мир, увидеть родных хоть издали. Ох и ругались они с отцом тогда! Папа боялся, что она уйдет.
- Какая мать бросит своих детей? – удивилась я, невольно перебив Ая.
- Да, тут ты права. Вот и мама не бросила, - Айран нахмурился, - Правда после того путешествия, мама дня три не выходила из своей личной комнаты. Не пускала никого из нас, ничего не ела. А когда вышла, отец тут же вызвал лекаря. Мама исхудала, осунулась, она вообще еле стояла на ногах. Мы тогда с Лейлой с трудом её узнали. Видимо, все те барьеры, которые она выстраивала годами между собой и родным миром, рухнули после того путешествия. Теперь практически любые воспоминания о том мире вызывают у неё боль и слезы. С тех пор я сказок иномирных и не слышал больше.
Айран замолчал, а я, мгновение подумав, всё же решила сказать. Ведь леди Татьяна его мать, может он сможет помочь.
- Айран, когда леди Татьяна приглашала меня на разговор сразу после нашего прибытия, я услышала то, что, наверное, слышать не должна была, - я тяжело вздохнула и встретилась с заинтересованным взглядом Айрана, - Её величество тогда сказала, что была бы рада вообще забыть о том мире. Даже хотела попросить его величество сделать такой амулет, но пока опасается его реакции на просьбу. Я понимаю, что не должна была этого слышать. И я никому больше этого не говорила.